Я повернулась к мужу, но тот показал мне только парадную ангельскую улыбку, за которой не было видно ни тени от его истинных чувств, и мягко пожурил:
— Жене должно верить своему мужу. Ты мне веришь?
— Да, но.…
Серединка на половинку. Я же помню, как он провел меня сначала с жемчугом, потом с родовым кольцом и напоследок с кучей салонных мастеров.
Толпа заволновалась. Расступилась, как море, рассеченное магической молнией на две половинки. По проходу почти пробежала императрица.
— Ральфар, сын мой, возьми, — она протянула на ладони простое оловянное колечко.
Ральфар двинулся было от нее в сторону, но та крепко впилась пальцами в золоченый камзол.
— Я знаю, ты не веришь мне больше, знаю, что виновата перед тобой, но это не артефакт, — зашептала умоляюще. — Не артефакт! Простое кольцо. Возьми, уважь старуху.
На старуху она походила даже меньше, чем на злобную стерву, прикрутившую к артефакту темный источник. Но темный источник-то был.
Ральфар безразлично отстранил протянутую руку.
Наверное, это значило, что императрицу он не простил. После расправил крылья и поднялся в небо:
— Как старший своей семьи, я активирую круг. Спустя сутки, один из нас станет императором.
Его голос накрыл Семидворье, подобно невидимой волне, мягко обнявшей каменные стены старых дворцов.
Фир, кое-как стерший помаду со щеки, и поправивший рубашку, поднялся следом, но выглядел сущим ребенком, которого силой оторвали от сладкого. На императора он был не очень похож.
Спустя миг, они оба взмыли в небо, превратившись в золотые точки на горизонте.
Большинство драконов, словно сработал невидимый сигнал, расправили крылья следом и поднялись в небо. Но не полетели. Застыли в неясном и пугающем ожидании.
— Они ждут вас, Ваше Высочество. Ваше.… Высочество?
Я не сразу поняла, что обращаются ко мне. Вздрогнула, когда маг тронул меня за рукав платья.
Ко мне через поляну прошагал глава Варх. После почти открытой демонстрации двоевластия он старался не пересекаться с Ральфаром, но свадьбу проигнорировать не мог. Как-никак событие политического значения.
— Мое почтение, Ваше Высочество, — он коротко склонил голову и поставил меня в известность: — Я буду вас сопровождать.
Императрица отрицательно качнула головой и отступила в тень, и я поколебавшись поднялась в воздух, расправив крылья.
Как и любой другой дракон в округе я знала куда полетел Ральфар.
В храм.
Следом за мной поднялись Пирре, Вальве, Люц и Альпом, чье имя мне так и не удалось запомнить. В его лице ничего нельзя было прочесть, зато Люциан Фалаш выглядел, как открытая книга. Слишком он был вспыльчив, чтобы скрыть такие очевидные чувства, как тревога и надежда.
На серых стенах храма сияло солнце, столица устроила гуляния по собственному почину в связи со свадьбой генерала Таш, и едва мы опустились на площадь, нас накрыло счастливым гулом.
Для людей смерть старого императора была освобождением. Наша свадьба — надеждой на лучшую жизнь.
Повинуясь интуиции, я подняла руку в жесте приветствия и толпа счастливо взревела.
Маг посмотрел на меня с уважением:
— У вас неплохие задатки для качественной императрицы.
— Императором будет Фарац, — напомнила с улыбкой.
А мы с Ральфаром останемся в Сапфировом дворце, а старый сад расцветет сотней невиданных цветов, потому что у меня есть два десятка артефактурных задумок с ботаническим уклоном. Научилась же я дергать правильные паутинки.
Своды храмы встретили меня затхлостью старых стен. Ее пытались вывести не один раз, но плесень упорно вела в счете. Невольно я перешла на магическое зрение и едва не отшатнулась от стены, которую оперлась рукой.
Стены прогнили насквозь. Толстые своды храма давно превратились в крошку, запечатанную дорогой каменной отделкой, шелками внутреннего убранства, панелями, золотом и номаром. На центральной площади столицы стояла многовековая пыль, силой магии сохраняющая форму величественного древнего храма.
Я поежилась и переступила порог.
Храмовники в полном молчании провели нас знакомыми залами, после свернули во внутренние покои, и после долгого кольцевого коридора выпустили нас во внутренний двор.
Здесь.… было мило. Цвели розочки, короткая травка серебрилась на солнце, а в центре блестело синее озерцо.
— Здесь основано место для поединков, — поймав мой непонимающий взгляд пояснил ведущий храмовник. — Я сейчас сниму магический заслон.
Соединил ладони в громком хлопке, и розочки с травкой исчезли. Исчезало и озерцо. Передо мной лежала картина далекого боя с Диалом. Неровные номаровые плиты, покореженные взрывами и магией. Мазки высохшей до черноты крови. Изрезанные ударами мечей камни. Мир за прозрачной пеленой остановился в последнюю секунду выигранного боя с Диалом.
Я с трудом подавила дрожь. Храм накрыл невидимый холод, добираясь ледяными щупальцами до кости. Невидимый ужас добрался до сердца. Грохот сердца рос, как страшный цветок, посеянный много лет назад на бесплодной земле и вдруг, неожиданно набравший силу за считанные минуты. Словно он лишь прятался в земле все это время. Притворялся бессильным. И вот время настало, и он развернул свои страшные листья.
