Выбор был страшен, потерять ни один броненосный крейсер Хэйхатиро не хотел категорически. Но ситуация сложилась скверная – «Токива» горела и кренилась, но все же шла на восьми узлах; подошедший к ней броненосец береговой обороны расстреливал корабль из 254-миллиметровых пушек. И получал достойные ответы из кормовой башни – «Ушаков» уже горел. А вокруг этой пары вели ожесточенный бой бронепалубные крейсера – «Читозе» отчаянно бился с «Олегом», оставшаяся тройка трехтрубных малых крейсеров сцепилась с двумя русскими «дамами». В стороне кипели страсти между миноносцами, в которые вмешались два русских крейсера типа «Новик» и «Чихайя» с «Тацутой», которые все же имели по паре 120-миллиметровых пушек.
Того посмотрел на север – в мощную оптику бинокля был еле виден силуэт большого крейсера, дымящего из четырех труб. В здешних водах были только два корабля, что несли по четыре трубы, – «Россия» уже дралась здесь, а «Громобой» медленно приближался. Гадать, почему броненосный крейсер так сильно отстал, не имело смысла – аварии в машинах часты, или просто задержался с выходом в море, а в пути произошла поломка. Да много чего может быть, главное то, что приход нового серьезного врага поставит отряд Камимуры на край гибели – у русских есть снаряды, и много, а ответить им нечем, только отбиваться из 152-миллиметровых пушек.
– А если… – Того задумался, прикидывая шансы.
Выход был – рвануться с броненосцами к «Токиве» и включить ее в строй, прикрыв «Сикисимой» – на ней еще остались двенадцатидюймовые снаряды. Дальше отступить к «Касуге», на помощь уже подошел контр-адмирал Уриу с «Нанивой», «Акаси» и «Такачихо». Есть шанс атаковать миноносцами, истребив заодно буксиры с яхтой. Главное, чтобы смогли торпедировать «Наварин», с потерями больших миноносцев можно не считаться. И отходить всей боевой линией на юг, защитив крейсера Камимуры броненосцами и прекращая сражение.
Погреба опустели, и дальнейший бой приведет только к напрасным потерям, ведь к русским подошло подкрепление. Конечно, преследовать сможет «Ослябя» и два больших броненосных крейсера, а вот русские броненосцы вряд ли – стрельба с них почти прекращена главным калибром, лишь изредка плюются огнем башни со 152-миллиметровыми пушками.
Хэйхатиро Того прикинул шансы на успех замысла – да, только так он сможет спасти «Касугу» и «Токиву», а заодно потопить «Наварин». А от таких потерь русские уже не оправятся, да и ремонт кораблей займет долгое время – док во Владивостоке единственный…
– Камимура уводит в сторону корабли Иессена, а к «Токиве» направился Того со своими броненосцами. Неужели решил оставить «Касугу» на заклание?! Что-то тут не так, ведь сюда спешат крейсера «Уриу…
Фелькерзам не понимал в полной мере, что происходит, а это его изрядно беспокоило. В прорезь амбразуры даже через бинокль рассмотреть происходящее сражение более детально было невозможно. Однако смутное подозрение родилось явно не на пустом месте, иначе интуиция не стала бы так явственно предупреждать.
«Касуга» пока держался под огнем двенадцатидюймовых орудий, детище итальянских кораблестроителей оказалось удивительно живучим. Будь на «Наварине» новые орудия, скорострельность которых значительно больше, то исход был бы давно ясен. А так добивание вражеского корабля затянулось на непозволительно долгий срок, а ситуация в бою может измениться в любой момент, и в худшую сторону.
– Стреляйте, стреляйте, и даже последний снаряд, если он удачно попал, должен принести победу! – Фелькерзам говорил так, будто произносил заклинание, не в силах оторвать взгляд от загоревшегося, наконец, «Касуги».
Видимо, наступил как раз тот момент, когда количество попаданий дало качественные последствия. «Итальянец» полыхнул, языки пламени вырывались с орудийных казематов, видимо пожар дорвался до погребов. Но взрыва не произошло, и скорее, по причине отсутствия там шестидюймовых снарядов. А вот пороховые картузы имелись, но немного, или снаряженные «патроны» к мелкокалиберным орудиям, и те начали взрываться. Последнее предположение походило на истину – будто сварочные огоньки засверкали, и в памяти тут же пришла подсказка, что такое не раз случалось на кораблях в будущие времена, о чем сам Дмитрий Густавович уже догадывался не раз и принимал на веру.
«Наварин» сильно вздрагивал корпусом – шестидюймовые пушки из казематов уже стреляли на два борта. Левым по «Касуге», а правым по «Акаси» – небольшому бронепалубному крейсеру, что лез напролом, стремясь уничтожить буксиры, набитые спасенными матросами «Сисоя», и прикрывающий их «Алмаз». В яхту уже пошли попадания, на корме что-то загорелось – черный дым потянулся к небесам. И помочь «Наварин» мог только так – пустив в ход три уцелевшие казематные пушки да 75-миллиметровые орудия. Да еще время от времени рядом с вражеским крейсером падали снаряды «Дмитрия Донского» – старый броненосный фрегат вел бой в окружении сразу трех вражеских крейсеров, пытаясь спасти буксиры.
