Приказ контр-адмирала Иессена был выполнен сразу – через полминуты огромный корпус крейсера начал описывать дугу. За «Россией», как привязанный, последовал в кильватере «Ослябя», успев сделать по «Адзуме» еще пару полновесных залпов на прощание. Японские броненосные крейсера еще двигались вперед несколько минут, пока вице-адмирал Камимура не осознал, какие последствия сулит ему этот неожиданный маневр. Но в бою даже секунды могут играть свою роль, даруя одним победу, тогда как другие глотают горечь поражения.
– Курс на «Токиву», полный ход!
«Токива», как и построенная вместе с ней «сестрица», что погубила в Чемульпо русский крейсер «Варяг», была, без всякого сомнения, одним из лучших представителей класса броненосных крейсеров, предназначавшихся именно для эскадренного боя. Мореходность и дальность плавания на ней, как на всех японских кораблях программы «6+6», из равного количества броненосцев и броненосных крейсеров, были изначально принесены в жертву бронирования и вооружения, при достижении приемлемой скорости хода. Сведенные в две эскадры, эти корабли предназначались для действий в замкнутых акваториях Желтого и Японского морей. И заточены исключительно на борьбу против одного-единственного противника – Российского императорского флота.
А вот любая вылазка в океан, тем более долгая, могла обернуться для них крайне неприятными последствиями – любой шторм для них мог стать последним, слишком невысоким был борт, а мореходность оставляла желать лучшего. Даже бой на зыби представлял для них определенную опасность – любая значительная пробоина могла просто отправить японский броненосец или крейсер на дно. Принять в бою несколько сотен тонн воды, как это зачастую происходило с русскими кораблями, они не могли – риск оказывался слишком большим, несмотря на хорошую устойчивость.
Так что если бы в бурную осень прошлого года 1-я Тихоокеанская эскадра пожелала бы прорваться во Владивосток, используя скверную погоду, то вряд ли бы ее удалось перехватить. Броненосцы Того просто бы отстали, и единственное, на что они могли надеяться, то догнать устаревшие тихоходные броненосцы «Севастополь» и «Полтаву», и то при высокой волне это вряд ли бы произошло. А в Цусимском проливе крейсера Камимуры остановить бы броненосцы просто не смогли, особенно, если к ним подошли бы владивостокские крейсера. Про миноносцы и говорить не приходится – не то что атаковать неприятеля в бурном море, команды на них сами бы отчаянно боролись за свою жизнь.
Но русские адмиралы не решились продолжать борьбу на море, предпочтя бросить команды на оборону порт-артурских укреплений, а сами корабли бесславно затонули внутри гавани. Их, кроме одного, не удосужились вывести на внешний рейд, и там открыть кингстоны…
– Адмиралу лучше отходить, мой крейсер обречен!
Командир «Токивы» капитан 1-го ранга Есимацу стоял на мостике, обреченно, но с вызовом глядя на подходившего старого знакомца, которого десять месяцев тому назад эскадра Камимуры не добила в Корейском проливе. И вот демон, вырвавшийся из ада, пришел с местью. Достойный уважения для любого самурая поступок!
«Токива» сражалась из последних сил, как могла, весь последний час. Получив страшное повреждение, она в одиночку отбилась от двух трехтрубных крейсеров, потом дважды попала в броненосец береговой обороны, получив от того ответ в виде трех 254-миллиметровых снарядов. Из которых, к счастью, взорвался только один, у основания дымохода, отчего скорость крейсера упала с двенадцати до девяти узлов. Но и «Адмирал Ушаков» отошел от столь опасного противника – кораблю с водоизмещением меньше пяти тысяч тонн 203-миллиметровые снаряды наносят такие же раны, как вдвое большей «Токиве» двенадцатидюймовые фугасы.
Крейсера 3-го отряда вице-адмирала Девы отчаянно помогали, но приход «России» и «Осляби» обратил в прах последнюю надежду на спасение. И единственное, что хотел Есимацу, так только одного – чтобы адмирал Камимура поступил бы так же разумно, как и Дева.
Вдали виднелись четыре трубы спешащего в схватку «Громобоя», наиболее хорошо забронированного и вооруженного крейсера Владивостокского отряда. Драться с тремя противниками, два из которых свежие с полными артпогребами, а третий быстроходный броненосец с 254-миллиметровыми орудиями, было крайне неразумно. Ничем хорошим для поврежденных «Идзумо» и «Адзумы» эта схватка не окончится, а лишь безобразным избиением, как для несчастной «Цусимы».
