И снова смех из коридора. Звонкие голоса. Сейчас или никогда! Он подбежал к сказителю, закрыл бедолаге глаза, подхватил под мышки и потянул. Осознав наконец, что прикасается к трупу, едва сдержал накатившую тошноту. Соберись.
Он попытался внушить себе, что разноцветный витраж, изображавший рыцаря, помогает замаскировать следы крови на полу: свет пробивается сквозь стекло и яркие синие, оранжевые и зеленые блики создают пестрый узор. Но нет, узор не особо спасал.
– Ладно, Оливер, не всё сразу, – шепотом сказал он себе. – Сперва прячем тело.
– А может, не надо, братишка?
Олли ахнул и с глухим стуком выронил Симеона.
В дверях застыла капитан Элоиза Вормвуд. Одной рукой она держала шлем, а второй почесывала затылок.
– Элоиза, – у Олли резко закружилась голова, – это не то, что ты думаешь.
– Пока что я думаю, что ты пытаешься спрятать тело. Есть тут ошибка?
Олли немного подумал:
– Нет, это чистая правда.
– Ну вот, видишь. Не такой уж и плохой из меня законник!
– Но я его не убивал! Только тело нашел! – Оливер нахмурился, увидев на полу длинный алый след. – Только оно не здесь лежало. А вон там.
– Я догадывалась, что убийца не ты, братишка, но спасибо, что уточнил. Давай-ка пока уведем наших королевских гостей подальше отсюда. А потом я вызову отряд.
– Отряд?! Сюда придут другие законники?
Элоиза усмехнулась:
– А ты думал, что я помогу тебе скрыть убийство?
– Нет-нет, ну что ты. Просто… у меня будут проблемы?
– Ты ведь нашел тело за минуту-две до моего появления, верно?
Олли кивнул.
– Получается, ты просто первый человек, оказавшийся на месте преступления. Где тут ложь?
Олли показал ей ладони:
– А что делать с тем, что у меня буквально его кровь на руках?
Сестра цокнула языком.
– Скажем, что ты запаниковал и попытался его реанимировать. Решил, что еще есть шанс.
Оливер молча прикинул длину кровавого следа на полу.
– И ради этого протащил его так далеко?
– Я всем скажу, что с навыками первой помощи у тебя неважно.
– Спасибо.
– Обращайся. От такой крохотной лжи вреда не будет. Вот только это уже второй труп, с которым ты возишься, на моей памяти. Надеюсь, это не войдет у тебя в привычку.
– Я тоже, – нервно вздохнув, признался мальчик.
– А как здорово ты заболтал принца и принцессу на их языке! – восхитилась Элоиза. Заметив наконец каменного тролля, громоздящегося в комнате, она поспешила уточнить: – Об этом ты мне расскажешь позже.
Элоиза сбивчиво сообщила венценосным гостям, что в читальный зал сейчас никак не попасть, потому что ранним утром окно в комнате пробила ветка упавшего дерева и теперь там нужна основательная уборка. Принц Клаус и принцесса Тея расстроились – надо сказать, весьма очаровательно, – но стойко выдержали удар. К счастью, ровно в этот момент алый рыцарь, бряцая доспехами, подошел напомнить, что их ждут в доме мэра на поздний завтрак.
Как только они ушли, Элоиза выглянула из дверей библиотеки, сунула два пальца в рот и коротко громко свистнула. Через секунду к ней уже подлетел один из помощников. Она шепотом дала ему инструкции, и тот, кивнув, убежал за подмогой. Через десять минут читальный зал наполнился законниками. Некоторые делали пометки в блокноте, другие осматривали раны, а один даже зарисовал место преступления кусочком угля на бумаге.
Невысокая девушка с черными кудрями задала Оливеру несколько вопросов в присутствии Элоизы. Оливер рассказал о первой встрече с Симеоном Легкоступом, о его решении прогуляться одному по библиотеке, о появлении тролля из книги сказок. После этого кудрявая законница и Элоиза отошли в сторону и о чем-то зашептались. Оливер даже немного встревожился: уж не ищут ли они нестыковки в его истории. Вдобавок в комнату зашла третья законница и присоединилась к беседе, бросив косой взгляд на мальчика.
И вот наконец, когда он уже приготовился, что его сейчас заберут в тюрьму, к нему вернулась Элоиза.
– Ну что же, братишка, тут выяснилось, что твой Симеон Легкоступ – это известный аферист, мошенник и отвратительный актеришка. – Она шмыгнула и утерла нос. – А еще никакой он не Симеон Легкоступ.
– Серьезно? – Оливер и сам не понимал, отчего его так удивила эта новость, ведь он познакомился со сказителем всего двенадцать часов назад, да еще при таких странных обстоятельствах.
– Он также известен как Прентис Младший. И как Питер Тигель. А еще – как Хемсли Великий и Неуловимый, – закатив глаза, перечислила сестра. – Последнее явно тянет на сценическое имя фокусника. Хотя, может, я что-то напутала, и он Неостановимый? Или Невредимый? Или даже Непоправимый…
– Неуловимый вполне подходит, если он притворялся фокусником, – заметил Оливер.
– Ладно, как бы там ни было, настоящее имя нам не известно. Он меняет личности как перчатки. – Она кашлянула. – Ну, вернее, менял.
– А тут он что забыл? – спросил Оливер, успевший прийти к выводу, что Симеон наврал ему про забитые гостиницы.
– Возможно, хотел залечь на дно. Наверное, обманул слишком многих сразу, вот и боялся показаться в какой-нибудь гостинице. А может, решил что-то украсть. Не понимаю, зачем люди книги крадут.
