Оливер поведал, что ему помогали и Агата, и кошки, что было довольно близко к правде. Он доверял Элсбет, но все же не горел желанием делиться подробностями о незаконном использовании чар в присутствии адепта-заклинателя. По закону Элсбет должна была сообщить о таком властям, и Олли не хотелось ставить ее в подобное положение. К тому же Агата далеко не сразу смогла ему довериться. Не хотелось так легкомысленно разбазаривать ее секрет.
Когда Оливер рассказал о решающем эпизоде, как рыцарь вернулся в кодекс, из которого когда-то сбежал, отец захлопал. Его глаза сияли.
Положив руку сыну на плечо, он проговорил:
– Это напомнило мне, как я сорвал маску с Черной Голубки!
Разумеется, он тут же стал рассказывать. Его было уже не остановить. Само собой, все не единожды слышали это, но спорить никто не стал.
Когда схлынула первая волна шока, Оливер с удивлением обнаружил, что папины россказни его не раздражают. Он всю жизнь боялся его разочаровать, боялся провала в День призвания, боялся не справиться с новой профессией, боялся, что ему навяжут работу, которая ему не подходит. А теперь он понял, что, даже если
Рассказ о разоблачении Черной Голубки дошел до эпизода, в котором выяснилось, что изворотливый вор, промышлявший в высших кругах, не кто иной, как барон Д’Арси. Правда вскрылась благодаря пустому блокноту, оставленному на месте преступления. Важные страницы были из него вырваны, но отец аккуратно заштриховал кусочком графита отпечаток вырванного текста и обнаружил послание, которое стало ключевой уликой. После этого негодяя арестовали.
Как и всегда, семья выразила вежливое восхищение, хотя все знали историю наизусть. Оливер тем временем внимательно наблюдал за Элоизой. Сестра была непричастна к убийствам Симеона Легкоступа и Холли Бёрчвисл, но украла деньги из кармана последней! Мелкое преступление, однако Оливер понимал, что оно уничтожит отца.
Поэтому решил не упоминать об этом. Просто не мог вот так взять и испортить всем настроение. Вскоре новой историей решила поделиться Элсбет – и все стали слушать с интересом.
А потом Оливер-старший попросил у Элоизы отчет о сложных отношениях с Туманными Альпами. Принц Клаус и принцесса Тея отбыли незадолго до этого. Переговоры о торговле зашли в тупик из-за споров о яблоках, которыми питались альпийцы и бросались рассерженные торговцы.
Элсбет тем временем достала колоду карт и уговорила Уиллоу сыграть в «Судьбу дурака». Оливер с мамой остались сидеть в тишине. Мередит продолжала вытачивать деревянную фигурку. Наблюдая за ее уверенными движениями и слушая ритмичный скрип ножа, Оливер пытался представить мамину жизнь до замужества.
– О чем задумался? – спросила мама. Лезвие ее ножа поблескивало в отсветах огня в камине.
У Олли перехватило дыхание. Неужели заметила, как он смотрит на нож? Сказав себе, что тут совсем нечего стыдиться, он решил, что лучшая защита – это нападение.
– Почему ты мне никогда не рассказывала про работу в Умбре? – спросил он.
Мередит вскинула брови. Лишь это и выдало ее удивление.
– Так это не секрет. – Она посмотрела куда-то вбок. Нож на минутку замер у нее в руке. – Я думала, ты и так обо всем знаешь. Когда ты родился, мы уже особо и не обсуждали эту тему, потому что всем она уже приелась.
– Ясно. – Права была Элсбет: никакого заговора не существовало. Просто ему не повезло родиться самым последним. – А чем ты занималась на работе?
Мама хихикнула:
– Хотя я и сказала, что это не секрет, я немного слукавила. Секретного там было и остается немало. Никуда не денешься, это же Умбра! Агенты выполняют тайные задания, прячутся в тени, пробираются в крепости и сбегают из них, незаметно проникают в чужие страны. Проще говоря, большинство сплетен, которые ходят об агентах Умбры, правдивы. Они просачиваются в стан врагов. Шпионят. Убивают.
Оливер попытался представить, как мама в своих кюлотах и пиджаке, с аккуратным седым пучком убивает кого-нибудь из врагов, а потом идет развешивать белье.
– Проникать к врагам, шпионить, убивать, – повторил он. – И ты это все делала?
Мама посмотрела на резную маску в виде совы, которая висела на стене. Острый клюв, опущенный вниз, густые брови, большие круги под глазами… Она висела тут, сколько Оливер себя помнил, и собирала пыль. В какой-то момент он даже перестал ее замечать.
Мередит заметила, что сын внимательно за ней наблюдает, и сосредоточилась на работе.
– Не могу ни подтвердить это, ни опровергнуть. Но можно с уверенностью сказать, что агенты Умбры должны это всё уметь.
