Кронпринц постучал. Тяжело постучал, еле-еле поднимая огромный дверной молоток. Камень о камень ударился почти не слышно, но, кажется, звук и не был нужен. Дверь медленно, тащась по полу, приоткрылась внутрь. Кофейник, так и не отцепившийся от молотка, проехался по снегу вслед за створкой. Проехался и забуксовал на чистом, гладком полу. Он уже хотел войти в открывшуюся щель, но вход преградили две фигуры. Пред нами встали девушки с болезненно-белой кожей и слепыми белыми глазами. Они не были рисами, просто не имели цвета - никакого. Их тела скрывали длинные, белоснежные платья, белые волосы собирались в длинные косы и волочились за ними по полу. И за их спинами словно тени в темноте стояли такие же девушки, жрицы. Много. Так много, что я не решался сосчитать - сотня, а то и тысяча женщин с пустыми глазами.
- Стойте, грешник и гость, - вытянув вперед руку будто прося держаться на расстоянии, сказала одна из жриц. - Дальше вам путь закрыт. Разворачивайтесь и убирайтесь туда, откуда пришли.
- Вы издеваетесь... - пробормотал кронпринц так, что я услышал, но не услышали женщины.
- Давай я с ними поговорю, - предложил я. - Может прокатит?
- Засунь свой язык себе в задницу, дай хоть раз и мне что-нибудь сделать, - прорычал кофе, и повернулся к женщинам. - Здравствуйте, жрицы храма Василиска. Замечательная погода сегодня, не правда ли?
Одна из женщин удивленно приподняла свою белую бровь.
- Мы шли весь день, нельзя ли нам хотя бы согреться, прежде чем мы уйдем? - с надеждой спросил парень.
- Вы не ступите и шага дальше, - осталась на своем жрица.
- Разве храм Василиска, нашего бога, не принимает всех, желающих помолиться? Могу ли я узнать причину отказа?
- В Арлейве много других храмов, - было нам ответом. - Идите туда и молитесь.
Коф вздохнул и начал - спокойнее чем когда бы то ни было.
- Этот человек, что привязан к моей спине - надежда кофе на хоть какое-нибудь будущее. Наш союз с кизилом и лакрицей расторгнут, мы остались совсем одни. Совсем. Нам не на кого опереться, мы умираем. Если вы сейчас прогоните нас, если вы сейчас откажете нам в помощи, вы подпишете смертный приговор всей стране.
От таких слов у меня по спине побежали мурашки. Он врет? Как всегда жульничает, пытаясь сделать проблему больше, чем она есть? Хотелось бы мне в это верить, хотелось бы верить что он - долбаный идиот, который в очередной раз делает глупость, но кронпринц был совершенно серьезен.
- Кофе давно умирает, - сказала жрица на это бесстрастно. - Ему давно пора, довольно уже биться в агонии. Уходи, грешник, нам нет дела до страны, на краю которой мы возвели храм своего бога. Твои предки прогневали василиска, потому мы не пустим тебя внутрь.
Кронпринц сделал шаг вперед, будто намереваясь броситься на этих женщин, но остановился. Опустил голову.
- Я поклонюсь ему, - сказал им я. - Вы это хотели услышать?
Ледяные лица дрогнули.
- Мы не желаем видеть тебя, гость, - неуверенно сказала одна из жриц. - Мы не желаем слышать тебя. Мы не желаем, чтобы твое пропитанное проклятьем тело касалось нашего пола...
- Кому вы служите - Василиску или себе? - зло спросил я, ощущая страшный жар внутри. - Вы не имеете права пустить или не пустить кого-либо в этот храм, если ваше божество так не приказало. Расступитесь!
- Мы не...
- Расступитесь, - упрямо повторил я. - Василиск прислал мне своего благословенного, велел мне поклониться ему, а вы - препятствуете. Расступитесь, последний раз прошу.
И они расступились, растворились во тьме. Мы с кронпринцем синхронно выдохнули, и он занес меня внутрь. Женщин нигде не было видно - растаяли, будто и не было их. Дверь за нами с шелестом захлопнулась, отрезав путь назад, а впереди засветилось белым огромное изваяние змеи. Оно скрутилось кольцами, подняло голову и смотрело назад, отвернувшись от нас к дальней стене.
- О каком осквернение они говорили? - спросил я, удивляясь своему спокойствию. - Почему назвали тебя, а не меня - проклятым?
- О благословенной принцессе они, - потупился кронпринц. - О белом кофе. Моя семья... в общем, должна была отдать ее в этот храм. Но не отдала, а попыталась выдать замуж, пожадничала. Это разозлило Василиска.
- Ты говорил правду? - продолжил я. - Про кизил и...
- Да, - отрезал кронпринц. - Но не будем об этом сейчас. Ты готов? Ты поклонишься ему?
- Можешь помочь мне еще немного? - закусил я губу. - Змей хочет, чтобы я ему именно кланялся... что ж - я не гордый. Дела ради можно и на полу немного поваляться...
- Но зачем ты ему? - вознегодовал кофе. - Он спал сколько лет из-за этого холода. Неужели решил хаяха своего отца, дракона, себе кланяться заставить? Или кто ты вообще? Почему они звали тебя гостем?
- Потому что я из другого мира пришел, - сдался я. - Потому и гость. Об этом Отна вчера говорила.
Кронпринц скосил на меня глаза, лицо его удивленно вытянулось.
- Потому мне и странно будет ему кланяться, - поморщился я. - Это все так глупо... это же совсем не мое божество. Искреннего раболепие у меня не получится... потому я попытаюсь говорить как есть. А там... будь что будет.
