– Я не пойду за тебя замуж, извращенец! – зашипела я. – Не важно, синий ты при этом будешь или зеленый. Да хоть фиолетовый в крапинку! Поставь меня на пол и оставь в покое. Дверь сама найду. Ну, или нащупаю.
– Счастье мое, не надо ничего и никого щупать. Ты не можешь не выйти за меня замуж. Скажи хоть двести раз подряд «нет» завтра жрецу у алтаря – это ничего не изменит. Мы уже женаты. Просто смирись с этим фактом. – В голосе благоверного отчетливо ощущался смех.
Его явно веселило происходящее. Я же начинала доходить до точки кипения. Тем временем он затащил меня в какую-то похожую на кабинет комнату и плотно прикрыл дверь. Здесь горели свечи. Помимо стола, мягких кресел с диваном, даже камин имелся и шкура какого-то животного перед ним. В другое время свечи, камин, шкуру перед ним нашла бы романтичными, но не сейчас. Сейчас безумно хотелось задушить Виллэля и точно не в ласковых объятиях.
– Ты мне соврал, – с нажимом сообщила супругу, с вызовом глядя в сапфировые глаза. – До нашей комнаты вовсе не пять окон.
– И ты рисковала жизнью, чтобы сообщить мне об этом? – искренне удивился он.
– Мы же договаривались не врать друг другу, – напряженно напомнила я.
– Виновен, подозрительная моя. Я просто не хотел, чтобы ты волновалась. Кто ж знал, что тебе взбредет в голову проверить.
– И в чем ты еще мне лгал? Ах да. Ты говорил, что гарем – не твое. А теперь набираешь наложниц?
– Ах, вот оно что, – промурлыкал эльф, оттесняя обозленную меня к стене.
Я была слишком раздражена, чтобы обратить внимание на его маневр, и поняла, что угодила в ловушку, только когда оказалась прижата спиной к стене. Размахнулась, чтобы залепить пощечину, но Виллэль легко перехватил руку.
– Ревнуешь, счастье мое, – шепнул он, прижимаясь ближе. Его губы оказались так близко, что меня буквально разрывало от желания то ли укусить, то ли поцеловать, то ли проделать то и другое. – Это прекрасно.
Свободной рукой он ласково коснулся моей щеки, мучительно медленно обвел контур губ и отдернул раньше, чем успела вцепиться зубами в пальцы.
– Настолько, что решил затащить в постель тринадцать баб? – возмутилась я и попыталась врезать ему ногой. Тоже не преуспела. Он прижался еще теснее, полностью лишив возможности нанести ему вред. – Похоже, кто-то сильно переоценивает силу своего темперамента.
Тут я немного покривила душой. Мне не очень много известно о гаремах, но читала, что некоторые властители помимо официальных жен имели не одну сотню наложниц. При этом вовсе не нужно звать развлекать господина всех одновременно.
– Вероника. – Его губы были так близко, что ощущалось горячее дыхание на моей щеке. – У нас даже не брачные браслеты, а татуировки. Для меня не существует других женщин. Только ты.
Черт возьми, с подачи Янорэль я действительно напрочь забыла о дракончиках-татушках. И внутренний голос подсказывает, что недосвекровь-то уж точно об этом не забыла. Однако как искусно она вывела меня из равновесия. Может, она действительно моя реальная свекровь? Неспроста один вид ее высокомерной физиономии выводит из себя. Прям бесит. Стоило только вспомнить о дракончиках, как серебряный и золотой драконы взмыли с наших рук вверх. Золотой попытался запечатлеть на мордочке серебряного поцелуй, но получил звонкую пощечину маленькой когтистой лапкой и застыл в воздухе с недоуменно-обиженным выражением, печально взмахивая крылышками. Серебряная презрительно фыркнула, выдав облачка пара из ноздрей, вернулась на мое запястье и замерла.
– Так зачем понадобилась эта ярмарка полуголых тел?
– Традиция, – недоуменно пожал плечами он. – К тому же тебе нужен кто-то наподобие компаньонки или наперсницы.
– Правда? – скептически хмыкнула я, сильно сомневаясь, что компаньонок для жен выбирают, тщательно осматривая грудь претенденток, вместо их рекомендаций. – Я даже читала о чем-то подобном в любовном романе. Там одна медсестра из провинции именно так устраивалась сиделкой в богатую семью. В итоге хозяин оказался извращенцем и сначала жестко изнасиловал наивную провинциалку, а потом вся его охрана через скрытую камеру любовалась, как она моется в душе.
– Потрясающий выбор литературы, любовь моя. Надеюсь, книгу написал не Акиэль?
– Нет. Но обязательно напишет.
– Не сомневаюсь в этом, – усмехнулся Виллэль. – Судя по проведенной аналогии, я хозяин-извращенец?
– Ну, уж точно не провинциальная медсестра, – подтвердила догадку я. – А кем, по-твоему, станут тебя считать, если твоя жена начнет появляться на публике в компании твоей официальной постельной грелки? Такое извращение в глазах общественности фиг переплюнешь. Лично я стану играть роль супруги, вынужденной терпеть сумасбродство мужа, стыдливо опускать глаза и выдавать что-нибудь наподобие «А наша лучше всех».
– Я как-то не рассматривал это с такой точки зрения, – фыркнул Виллэль. – Пожалуй, откажусь от живых подарков. Надо только придумать, как это сделать поделикатнее.
