– Не сильно, — легкомысленно признался коллега, — если честно, хотел попросить познакомить меня с твоей симпатичной однокурсницей. Она часто крутится возле тебя.
И он ткнул пальцем в сиреневое облако, в котором я узнала Агамиль. Та стояла у соседней тележки с едой и рассматривала корзиночку с белковым кремом, украшенную вишенкой. Какая вдумчивая девушка. Она вообще всё изучает.
– А почему просто не пригласить ее на танец?
– Я же не студент, как-то неприлично. А вот если ты нас представишь друг другу.
Вздохнув, я кивнула ему:
– Пойдем.
Агамиль подпрыгнула и сунула нос в крем, когда мы с ней поздоровались.
– Позвольте предложить салфеточку, — находчиво предложил Эск.
– Агамиль, это Эскалор, очень крутой повар и почти победитель Зимних Игр. Вот вы и знакомы.
На этом я их оставила. Не была в настроении для бесед, да и ребята резво приступили к обсуждению корзиночек.
Я вернулась на свое место и не отходила, даже когда меня попытались пригласить на танец раза три, хоть Иора и говорила, что могу быть свободна и есть кому тут постоять.
Мне не хотелось праздновать. Глазами я непрестанно выискивала Кантарисса. И нашла. В компании Элевилль. Да, зал просто огромен, и они далеко от меня. Но я их видела. Две узнаваемые фигуры. Принц склонился к племяннице Кормилла и что-то рассказывает ей. Явно смешное, судя по выражению лица Элевилль.
Интересующую меня пару скрыла другая. Молодые люди вальсировали и были друг другом очень увлечены.
Приглядевшись, я узнала Ассию и сыщика Аллоя. Кажется, это и правда теплое Новогодие.
– Осталось несколько минут до боя праздничных колоколов.
Над моим ухом прозвучал вкрадчивый голос Кормилла.
– Ты только посмотри, как славно они смотрятся вместе.
– Ал и Ассия? — притворилась я дурочкой. — Да, отличная будет пара.
– Умеешь ты все испортить, — буркнул крокодил.
– К сожалению, нет, — вздохнула я, — на этот раз это сделала ваша племянница. Вы в курсе, что она уничтожила отворот?
Я повернулась к безопаснику. Он выглядел очень торжественным в праздничной форме.
– На самом деле, я точно не знаю, что она сделала, — сказал Кормилл, — я дал ей информацию и упомянул, что она может распорядиться ей по своему усмотрению. Вижу, девочка не растерялась. Элли больше похожа на свою бойкую мать, чем на моего брата-растяпу.
– Вы ей, верно, очень гордитесь.
– Не без этого. Но хватит обсуждать мою семью. Давай сделаем так, чтобы она как можно скорее расширилась.
И он протянул мне сосуд с зельем.
– Иди. Он должен выпить это, пока бьют колокола.
Колокола? Я подняла голову и увидела их. Вот же они, прямо под сводом, три больших металлических цветка, сияющих позолотой.
Пора, Лиза. И я двинулась навстречу своей незавидной судьбе.
Встав так, чтобы не попасть в траекторию движения пар, я смотрела на принца, который изящно вел в танце мою соперницу. В руке я крепко сжимала злополучную склянку. Десятая порция приворотного средства должна довершить магию.
Приняв средство, он «прозреет», поймет, что влюбился. И, скорее всего, тут же сделает ей предложение. Так и должно работать древнее колдовство. Моя миссия на этом будет выполнена.
Но что станет с моей душой, которая уже без остатка принадлежит принцу? Да, я сделаю все, чтобы окружение Тариса узнало о привороте. Сразу же. Насчет этого мои планы не поменялись.
Но… колокола ударили в первый раз и меня пронзило сомнение.
А если Тара устроит этот суррогат счастья? Он король. И в праве не послушать родственников, кроме отца-императора. Но к нему меня не допустят.
Передо мной стоял ужасный, тяжелый выбор: приворожить его к другой и смотреть на иллюзию чужого счастья или отказаться и умереть мучительной смертью.
На неверных ногах я подошла ближе.
– Лиза! — позвал меня Кантарисс. — Давай скорее свой отворот! Я хочу, чтобы мои глаза открылись, как надо, именно сейчас.
– Поторопись, Жозериль, — вторила ему Элевилль, — уже третий удар колокола. Принц должен успеть выпить лекарство до последнего.
Я была уже совсем рядом.
Смотрела в его глаза. Изумрудные, яркие. Сияющие в ожидании любви.
И поняла, что нет вариантов, просто нет.
Он протянул руку, чтобы взять у меня стеклянную склянку с розоватым зельем. Изнутри шло магическое сияние.
Вытащила пробку из горлышка.
Пятый удар.
– Ну, чего ты возишься! — это Элевилль. Потерпи, красавица. Сейчас все будет.
Шестой.
Принц чуть ли не выхватывал склянку. Его пальцы были уже в половине сантиметра от горлышка, когда я, все так же глядя в глаза Тарису, резко подняла посудину с зельем.
И приложила к своим губам.
– Что ты делаешь?! — закричали оба.
Но их голоса утонули в коллективном обратном отсчете.
– Пять! Четыре!
На вкус зелье было малиновым. Какая ирония. Вкус в тон моему платью.
Тягучее, сладкое, но с ноткой горечи. Оно вливалось в меня, и на счете “три” я почувствовала, что внутри словно зажгли костер.
Ни одна острая приправа не могла бы так печь. Десять перцев чили и то так не жгут.
Я будто горела изнутри, но не сомневалась, что сейчас это пламя вырвется наружу и поглотит меня, оставив горку пепла. Возможно даже малинового, чтобы не нарушать колористику события.
