— Я заполню места Совета теми людьми, которым доверяю и которых хочу видеть рядом с собой.
Естественно, вполне следовало ожидать, что во главе Совета встанет правая рука покойного короля — лорд Тайлеон. Также одно место Лес оставил для своего друга Торнтона. Еще двух человек взял по указке Дамиана, которому доверял безоговорочно. Два места отдал своим друзьям — лорду Себастьяну Синдариллу и Гилу Аэльтрэю. И, как это ни странно, но еще два места он определил для Кайрила и Ллири…
Потому что через несколько дней, по собственной ли прихоти или по научке эльфа, Кайрил Ураганный Смерч принес своему будущему королю присягу на Верность добровольно.
Алета отправили на отдых. Первого министра тоже, а пост был отдан лорду Дамиану. Гил приезжал ко двору редко, но место в Совете всегда оставалось за ним. Лес отослал ему письмо с просьбой приехать сразу, как только поправится, но того не было еще год. В общем, в государстве был произведен глобальный переворот. После того, как совет был обновлен, а на все должности назначены другие люди, Лес наконец удовлетворился таким положением дел. Все заработало по-новому, хотя, конечно, было много недовольных таким порядком. Врагов будущий король нажил себе выше крыши, но Лес беспечно наплевал на чужие мнения, делая то, что ему заблагорассудится.
Mм’Илирь затихли в своих лесах, но не раз Ллири докладывал принцу, что видел в небе пернатых хищников. Теми двумя, что прибыли вместе со своим предводителем-орлом, были двое братьев Ллири, старшие принцы дома Черной Луны, желавшие очищения своего дома от такого несмываемого позора и смерти брату-предателю. Эльфы чутко следили за действиями нового короля и искали его слабое место. Завязывать войну с таким могущественным королевством они не собирались, тем более после того, что Лес учинил на Багряном Поле. А Лес уже и думать о них забыл, с нетерпением ожидая, когда же к нему вернется Тейт. А пока что он занимался организацией своих войск, предусмотрительно издав указ брать в свои армии наемников. Чем больше — тем лучше.
Такие крутые порядки ввели всех в шок, никто не ожидал, что Лес, еще даже не пройдя церемонию коронации, будет так жестко действовать, беря быка за рога. Но с другой стороны, несмотря на огромное количество недовольных и врагов, Лес сразу показал, что не собирается терпеть неповиновения и будет очень жестким королем.
После обращения Тейта в кречета прошло всего три дня, но Лес уже совсем извелся, донимая Ллири своими опасениями на тему «А-вдруг-Тейт-не-обратится-обратно?!» Однако все его опасения оказались напрасными, потому что вечером четвертого дня, вернувшись с Совета, принц обнаружил своего ненаглядного, преспокойно спавшего на его кровати. У Леса просто дыхание замерло в груди, когда он снова увидел своего обожаемого капрала, лежавшего на кровати с разметавшимися по обнаженной спине волосами. Подмяв под себя подушку и подложив под подбородок руки, стрелок мирно спал. Волосы его были взъерошены, словно их взлохматила рука пылкого любовника, и вызывали жгучее желание запустить в них руку и растрепать еще больше. Как и следовало ожидать, после обращения он был абсолютно обнажен. Лес в эти дни времени даром не терял и разузнал у Ллири все, что только можно, об особенностях Mм’Илирь и их Связи с Матерью. О последнем он интересовался очень подробно, желая заранее приготовиться к тому, что его ожидало в будущем с таким непростым и непокорным таэлинье, как Тейт.
Ллири сказал, что после обращения Тейт будет особенно слаб и уязвим, а еще очень чувствителен к любому контакту, потому что слишком долго блокировал свою Связь с Матерью. К тому же неизвестно было, как подействует на нее тот факт, что он полукровка.
Присев на край кровати, Лес осторожно откинул в сторону смоляные пряди, и Кречет тут же заворочался, что-то прошептав. Принц улыбнулся, лаская спутавшиеся волосы, легко касаясь кончиками пальцев его щек и висков, и Тейт расслабился. Медленно перевернувшись на живот, он заморгал. Слегка приоткрыл губы, чтобы что-то сказать, но вырвались лишь хриплые звуки. Он облизнул губы и помотал головой. Лес предусмотрительно протянул ему чашку с водой, и Тейт благодарно принял ее, осушив до дна. Вытерев рот, он сел.
— Что-нибудь помнишь? — осторожно спросил принц.
Стрелок кинул на него по-птичьи пронзительный, острый взгляд. После перевоплощения черты его лица стали более резкими и хищными.
— Я помню все, — спокойно произнес он, поводя плечами. — Все, вплоть до мельчайших деталей. Я наконец-то вспомнил.
Лесу стало неловко от этих слов, он с трудом подавил желание поежиться. Тейт изменился всего за три дня. Неуловимо, но резко и мгновенно.
— Тейт… — начал было он, хотя понятия не имел, что скажет.
Стрелок покачал головой, потягиваясь и поднимаясь с постели. Стащив вслед за собой черную шелковую простыню, он легко укутался в нее и отошел к окну.
— Я есть хочу, — помолчав, произнес все тем же отчужденным голосом.
— Конечно. Сейчас принесут. Я уже попросил приготовить поднос, — стараясь говорить так же спокойно, ответил Лес.
