– Ага, – размазывая слезы по щекам, улыбался Тоха, – уже закончил, точно-точно!
Жан, не такой сентиментальный, обхватил Тоху ладонью за затылок и прижался лбом к его горячему лбу:
– Чем бы это ни было, оно просчиталось. Ты один из самых сильных людей, кого я знаю. Ты никогда не порвешься.
Впервые за последний месяц Тоха чувствовал себя легко и радостно – так, что даже голова кружилась. Сквозь слезы облегчения он засмеялся, всхлипывая:
– О да! Оно еще пожалеет, что позвало нас! – цепь в его руке воинственно звякнула.
– Вот! – Жан хлопнул его по спине. – Вот он, наш Тоха!
И Серый добавил, смутившись:
– Ну, типа, с возвращением, да?
ВЫДЕРЖКА ИЗ СТАТЬИ «ПРОПАВШИЕ ПРИ ОБРУШЕНИИ
В «ПЕЩЕРЕ ЛЕТУЧЕЙ МЫШИ» ДЕТИ ВСЁ ЕЩЁ НЕ НАЙДЕНЫ», НОВОСТНОЙ ПОРТАЛ «РЕСПУБЛИКА»
…поисково-спасательными службами было поднято тело двадцатилетнего вожатого Григория Щепы, погибшего под завалами. Предположительно, в момент обрушения с ним находились двое воспитанников – Ярослав Гордеев и Вячеслав Пахомов. Обоим подросткам по тринадцать лет. Дальнейшие поиски осложняются неустойчивостью природных тоннелей, сильно пострадавших во время обвала, однако поисковики не теряют надежды. Специалисты-спелеологи, задействованные в спасательной операции, отмечают, что дети могли уцелеть, укрывшись в одном из ходов…
Он проснулся, когда от костра оставались лишь крохотный огонек и ярко тлеющие угли. Словно что-то подбросило его, Ярик вскочил, заметался, спросонья не понимая, где он. Только руки – руки сами схватили лежащие рядом дрова, принялись подкармливать умирающий от голода огонь.
Проснулся Славка, заморгал огромными глазами, скривился, точно хотел заплакать, но быстро совладал с собой. Через секунду он уже стоял на четвереньках у костра, раздувая пламя. Костер как будто тоже пробудился, взметнулся вверх, потягиваясь, разогнал мрак пещерной стоянки. Тени прыснули во все стороны, спрятались в многочисленных ходах. И среди них две большие, размером с крупную собаку. Только и мелькнули длинные угловатые ноги, эхом разлетелся гиений хохот.
После ночевки на голом каменном полу болело все тело. Охая и хрустя суставами, мальчишки перенесли к костру несколько поленниц с дровами. Мельком Ярик отметил, что дров не так уж и много, как показалось при первом взгляде. Значит, временная передышка будет короткой.
Они сидели у огня, меланхолично жуя бутерброды и запивая остатками чая из термоса. На десерт Славка, молчаливо избранный главным по еде, отломил по куску шоколадки. Полностью утолить голод это не помогло, но приглушило, сделав его терпимым. Вода в спортивной бутылке Вари давно закончилась. Славка с тоской заглянул в термос, где плескались остатки чая, и убрал его обратно в рюкзак.
– А что, если мы не вернемся, Яр? – спросил он внезапно. – Вдруг мы застряли тут навсегда?
– Ерунда, брат. Если есть вход, должен быть и выход, – ответил Ярик с уверенностью, которой не чувствовал.
– Да, а если выход и вход – одно и то же? Что, если… Когда оно начало спускаться, переползать с потолка на стену… Яр, я никогда не видел ничего более страшного. Не думаю, что кто-то видел. Оно огромное! Просто огромное.
– Да нет же! Не больше человека, просто ноги длинные, вот и кажется, что огромный. – Ярик бросил быстрый взгляд на центральный тоннель, откуда как раз высунулась тонкая паучья нога. Она согнулась, царапая когтем камень, раз-другой, точно приглашала подойти поближе. Выбраться из освещенного кокона. Заглянуть во тьму.
– Не, брат, это не оно. – Славка помотал головой. – Не знаю… может, дети его или вообще другой вид. Оно гигантское и… я даже не думал, что настолько огромные существа реальны. Ну знаешь, сила тяжести, все дела. Поэтому в нашем мире не могут существовать Годзиллы и Кинг-Конги. Законы физики не обманешь. А оно по потолку ползает! Бр-р-р! – Славка зябко передернул плечами.
– Так то в нашем мире, брат. А мы уже не в нем, я уверен. – Ярик помолчал, водя пальцем по холодному пеплу у кострища.
– Нам придется уходить отсюда, – сказал он наконец. – С каждым днем их будет все больше, а дров – все меньше. Нужно искать выход.
– Двенадцать тоннелей кроме того, по которому мы пришли, – сказал Славка. – Я считал. Это настоящий лабиринт.
