На секунду ей показалось, что лампа, кувыркаясь и мигая, пролетит мимо или погаснет. Но случилось то, что должно было случиться. Словно брошенная меткой рукой граната, керосинка разбилась о клыкастую морду. Полыхнуло пролившееся горючее. Яростный вопль прорезал тишину подземной пещеры. Чудовище завертело горящей головой, замахало свободными лапами, пытаясь сбить пламя.
В голове у Вари сделалось просторно. Это ненужная больше крепость рассыпалась, перестала существовать. Варя поспешно отползла обратно. Пока она поднималась, отряхивалась, пыталась унять бешено скачущее сердце, из пещеры высыпались ребята. Они с недоумением оглядывали друг друга, Варю, пещеру и, видимо, не очень понимали, что происходит.
Тоха то и дело мотал головой как огромный рыжий пес. Лена массировала виски. Славка стучал себя по уху, словно пытался избавиться от воды. В эту секунду Варе хотелось обнять их всех, крепко-крепко, до хруста костей. И она бы так и сделала. Но зловещее черное присутствие никуда не делось. Оно больше не атаковало исподволь – оно перло напролом, гоня перед собой волну ярости.
– Оно здесь, – только и смогла вымолвить Варя. – Оно идет за нами.
Один за другим ребята подходили к краю и замирали в ужасе. У Вари кружилась голова и подкашивались ноги, но она нашла в себе силы встать рядом с друзьями. Паук подобрался уже совсем близко – так, что можно было различить прилипшие к черепу обугленные волоски. Несколько глаз, выжженных огнем, погасли. Зато остальные горели ненавистью как никогда ярко. При виде Вари голова гиены распахнула пасть и протяжно завыла.
– Надо бежать обратно! – борясь с паникой, сказал Славка.
– Мелкие пауки не смогли с нами справиться и выгнали нас к своему родителю. – Жан покачал головой. – Загонщики, вот они кто. Дорога назад закрыта.
– И керосина больше нет. – Варя сама удивилась обреченности собственного голоса. – Нам нечем сражаться с такой громадиной.
Словно невидимое полотно на ребят опустилась смертельная апатия. Так жертва понимает, что бежать и дергаться нет смысла – это лишь продлевает агонию. Чуждая черная воля предлагает им сдаться, оставить сопротивление. И только резкие щелчки вдруг разрушили гнетущую тишину. Ярик щелкал пальцами, пытаясь что-то вспомнить или поймать ускользающую мысль.
– Громадина, точно! Точно! – воскликнул он наконец. – Как он может передвигаться по потолку, если он такой огромный?! Помнишь, Славка?! Ты сам сказал: законы физики не обманешь! Никаких Годзилл в нашем мире! Ну?!
Все непонимающе переглянулись. Славка захлопал глазами, соображая:
– Он… э-э-э… Он… легкий?!
А Ярик уже тащил от пещеры обломок скальной породы, острый и увесистый. С трудом прижимая его к груди двумя руками, Ярик подошел к краю и, не целясь, опрокинул камень вниз. Семь пар глаз проводили его полет. Затаив дыхание, ребята смотрели, как тяжелый снаряд врезается в покрытый грубым коротким волосом хитин. И восторженными криками встретили громкий хруст треснувшей оболочки.
Паук замер. Звероподобная голова его ощерилась, и из пасти вырвался рассерженный рык. Но какой-то неуверенный – словно чудовище впервые столкнулось с серьезным сопротивлением и задумалось: а по зубам ли ему эта добыча?
– Быстро несите камни! – закричал Ярик, и сам первым побежал за новым снарядом.
Камей на уступе было разбросано в избытке. Мальчишки волокли к обрыву огромные обломки скалы и швыряли вниз. Лена и Варя носили камни поменьше. Но все равно с каждым новым снарядом, попавшим в цель, гигантский паук замедлялся и ревел от боли. Хрустел хитин, брызгала молочно-белая слизь, однако чудовище упрямо ползло к своей цели.
– Тоха, помоги мне! – Жан с силой раскачивал огромный островерхий камень, казалось, растущий прямо из пола. – Серый!
Втроем рыцари сумели опрокинуть его набок и тут же схватили обломок с трех сторон, пытаясь поднять. Ярик и Славка не стали ждать, пока их позовут, и тоже бросились на подмогу.
– Скорее! – поторопила Лена. – Он уже близко!
Пыхтя от натуги, мальчишки подтащили тяжелый камень к самому краю. Жан сел на пол, уперся в камень ногами:
– А теперь все вместе! Давайте!
Места у основания хватило не всем, и Тоха надавил на камень ладонями, вкладывая весь свой немаленький вес. Камень качнулся раз, другой – и полетел вниз. Следом едва не свалился и Тоха, но шесть пар рук вцепились в него и не отдали жадной бездне. Снизу долетел громкий звук, в котором хруст слился с чавканьем. Все торопливо подползли к обрыву.
В полете снаряд удачно развернулся и острой частью вонзился прямиком в голову твари. Выглядело это так, словно на месте головы гиены вдруг вырос каменный конус. Из трещин в панцире толчками вытекала белесая жидкость. Передняя нога потянулась вверх…
…выше, еще выше…
…загребла воздух…
…коснулась отвесной стены…
…и бессильно опала.
Следом расслабились остальные ноги. Когти проскрежетали по камню, и уродливое раздутое тело кануло в поднимающемся со дна тумане. С ним исчезла и черная воля, пропитывающая страхом все вокруг. Ребята молчали, словно боясь неосторожным звуком спугнуть удачу.
