Но всадники ничего вокруг не замечают. Прядут свои мысли. У кого они с надеждою, а у кого печальные… Совсем заела тоска Любаву, так хотелось повернуть лошадь назад, но нельзя. Дала слово.
– Далёк ли наш путь?
Тодор встрепенулся. Ну слава богам, молчание прервано. Оно тяготило и чувство вины не покидало.
– Да нет. Скоро будем на месте.
– А что там? – показала девушка рукой. – Меня Мал брал в Киев, а севернее нашего города никогда бывать не приходилось.
– Тебе понравится, потому что всё такое же вокруг: леса, поля, озёра. Большие просторы.
– Да, земля у нас одна… Простор такой, что дух замирает.
Когда солнце стало в зените, всадники остановились и спешились под высокой могилой.
Воевода достал куски оленины, порезал и поджарил на костре, который они развели. Первый кусочек подал Любаве. И хотя кушать ей не хотелось, но не отказалась. Потому что от мяса очень так аппетитно попахивало дымком. Поджаристая корочка поблескивала от выступавшего жира. Долго не сидели, хотелось побыстрее попасть в город. Но и шаг не ускоряли, но лошади не устали и чувствуя скорый конец путешествия, сами рвались вперёд.
Солнце уже начало заходить за верхушки деревьев, когда перед девушкой вырос город. Четверо всадников остановились и Тодор, взмахнув рукой, сказал:
– Ну вот мы и приехали.
Они въехали в ворота и направились по дороге к терему, отвечая на приветствия всех встречных.
В тереме открылась дверь и на пороге появился крепыш. И хотя как помнила княжна ему было три года, но выглядел он выше и крупнее своих сверстников. Светлые волосы были влажными и смешно торчали кудряшками на голове. Щёчки розовые. Глазки большие, как озёрца. Но где-то в глубине уже плескались хитринки.
– Папа, – малыш подняв руки кинулся к всадникам.
– Ярополк! – за мальчиком выбежала девушка. Она подхватила малыша на руки и остановилась, ожидая пока всадники спешатся.
Тодор соскочил с коня и сделал несколько шагов им навстречу. Мальчик протянул руки и буквально прыгнул к нему в объятия. Тодор подхватил ребёнка, который сразу же маленькими ручками уцепился за него, и спрятал лицо у мужчины на груди.
– Соскучился, сынок? А куда это ты бежал?
Мальчик молчал. А за него ответила девушка.
– Места себе не находил уже два дня. Сегодня целый день высматривал в окно, а когда увидел, что вы заехали в город, то не смогла я его удержать.
Тодор передал девушке вырывающегося малыша, а сам повернулся к Любаве. Девушка сидела на лошади и с любопытством глядела на эту идиллию: отца и сына. На лице её блуждала улыбка, искрившаяся доброжелательностью.
Тодор придержал лошадь и Любава легко соскочила с неё.
– Это Милана, моя сестра.
Та вопросительно посмотрела на Тодора. Ехал на тризну, а привёз с собой незнакомую девушку. И смотрит на неё так, что понятно – привёз неспроста.
– Меня зовут Любава, – не захотела ждать, пока её представят.
Княжна протянула руку и погладила мальчика по голове.
– Ну, а с Ярополком я уже знакома, – подмигнула мальчику, который с любопытством уставился на неё.
– Любава – сестра Мала и приехала проводить брата нашего в долгий путь к праотцам, – сказал Тодор.
Девушке понравилось, что больше он не рассказал ничего. Да и время было не то, чтобы говорить о будущем.
– Всё ли готово к тризне, сестра?
– Как будто. Но посмотришь сам. Надо ведь сделать всё как лучше, чтобы никаких обид у него на нас не было.
Любаве такое спокойствие показалось странным. Вспомнила, как тяжело сама переживала потерю брата, а здесь всё так спокойно-буднично. Она удивилась, что люди могут так контролировать свои чувства.
– Любава у нас немного поживёт, проведи её сестра в гостевую светлицу.
Милана передала мальчика няньке и взяв княжну за руку, повела в дом.
Тодор проследил за их уходом, повернулся и отдал распоряжение дворянам позаботиться о лошадях и ужине.
Любаве очень понравился этот терем. Он напоминал ей родной дом. Здесь были и гостиная зала, и трапезная, широкие переходы, опочивальни.
– Вот здесь ты можешь отдохнуть,– открыла Милана дверь опочивальни: светлой, богато убранной с зеркалами в окружении свечей в подсвечниках.
– А в том крыле покои брата.
Любава вошла в комнату, осмотрелась. Ложе было большое и так хотелось поскорее вымыться с дороги и зарыться в его перинах.
Милана проследила за взглядом Любавы.
– Это комната Заряны – жены Тодора. А вернее сказать опочивальня княгинь. Здесь жила наша бабушка, а потом мама. Ну, а когда брат привёл сюда жену, то эти покои стала её. На этом широком ложе появилась на свет я и мои братья. Здесь родился и Ярополк, сын Тодора.Наш старший брат не был женат. Он всё больше времени отдавал княжеству, ведь был гораздо старше нас, а наследником так и не обзавёлся. Поэтому сама понимаешь, каким значимым событием должно было стать появление на свет человека, который когда-то продолжит наш род. Но случилось, то, о чём не могли даже подумать – Заряна умерла при родах…Ребёнок оказался слишком крупным для неё. А она была маленькой и хрупкой.
– А нельзя ли меня поселить в другую светлицу. Уж очень не хочется быть здесь. К вашей семье я не принадлежу. А девушку мне откровенно жаль.
