В подтверждение своих слов он забарабанил по дереву. Никакой реакции, только в другом конце коридора раздались быстрые шаги — стук и тревожный голос разбудили родителей. Ломать дверь Крис не стал — вскрыть замок полем было проще и быстрее. В комнате сестры царил идеальный порядок. Даже стопки книг, занимавшие почти все свободные поверхности, казались необходимыми элементами интерьера. Кристина мирно спала, по-детски подложив ладони под щёку, и улыбалась во сне.
— Тин! — позвал Крис, приблизившись к кровати. — Давай, просыпайся
Сестра не заметила его присутствия, и даже когда брат настойчиво потряс её за плечо, лишь нахмурилась и перевернулась на спину.
— Солнышко, что случилось?
Не обратив внимания на вопрос остановившейся в дверях матери, Крис коснулся чёрных символов на ладонях Тины. Блокирующие чары кололи пальцы, но в этом не было ничего необычного. А вот то, как дрожали сдерживающие поле печати, Крису совершенно не понравилось. Он резко тряхнул Тину за плечи, уже понимая, что это её не разбудит. Голова сестры лишь мотнулась из стороны в сторону. Волосы рассыпались по подушке замысловатой чёрной вязью.
— Что происходит?
На этот раз вопрос исходил от отца.
— Она ломает блок, — ответил Крис. — Не спрашивайте. И не мешайте.
Сжав руки Тины, он закрыл глаза и потянулся к её полю, и дальше, насколько позволяла связь родственных сил — к эмоциям, к мыслям, к снам. От чувства пустоты не осталось и следа. Здесь была лишь энергия — свободная, мощная, яростная. И рядом с ней стена блокирующих чар казалась удивительно хрупкой. Она всё ещё выдерживала натиск, но Крис не был уверен, что это продлится долго. И в том, что сможет остановить таран, не был уверен тоже. В конце концов, он действительно гораздо слабее.
«Братьям и сёстрам, кажется, положено драться, — отстранённо подумал он. — А мы ведь ещё толком не пробовали».
Крис, который сидел на кровати в маленькой комнате, глубоко вдохнул и закусил губу.
Крис, который был бестелесной энергией в сознании сестры, ринулся вперёд.
Тонкие силовые нити вились вокруг дикого урагана, пытаясь связать, удержать, остановить. Если не получится — хотя бы хлестнуть побольнее, выдернуть из опасного сна. Следующий штурм блокирующих чар ему удалось ослабить, и разбушевавшаяся энергия рванулась к нарушителю границ с угрожающим напором. И Крис ударил. Так сильно, что пространство дрогнуло, пошло трещинами, зашлось болезненным стеклянным звоном — и осыпало обидчика дождём бритвенно острых осколков. Он задохнулся, выскальзывая из сна в успокоительно материальную безопасность комнаты.
Крис ещё не открыл глаза, когда запястья Тины вырвались из его рук, а сильный удар в грудь («Ладони, — успел он обрадоваться. — Не поле») бросил назад, на деревянную спинку кровати.
— Что ты наделал?!
— Кажется, не дал тебе завалить испытательный срок. — Крис потёр ушибленную спину и поднялся. — Ты против?
Заплаканные серые глаза впились в него с отчаянной яростью.
— Кто тебя просил вмешиваться? — прошипела Тина, и Крис невольно попятился. — С чего ты взял, что можешь вламываться сюда и что-то решать?
Она встала и шагнула вперёд, вынуждая брата отступить ещё дальше.
— Ты же ничего не знаешь! Не понимаешь, каково это!
— Я понимаю, Тин, — тихо возразил Крис. — Я чувствую.
— Чувствуешь? — взвилась сестра. — Ты, значит, такой чуткий, да? А я вот не чувствую! Ничего не чувствую! — Её голос истерически звенел, слёзы текли по щекам, но Тина их не замечала. — Ты не знаешь, каково это — постоянно, каждую минуту понимать, что части тебя нет! Как будто левая половина тела ходит и двигается, а правую отрезали, и кровища хлещет, а ты всё ходишь, как под анестезией, видишь, что руки нет, и ноги нет, и от головы — половина, и умереть не можешь, и вообще ничего не можешь!
— Тиночка, солнышко…
Анита хотела подойти, но дочь бросила на неё огненный взгляд, и мать остановилась.
— Вы ничего не можете знать! И какое вам дело? Почему для того, чтобы я стала «солнышком», от меня надо было отпилить кусок?! Почему мне нужно было стать беспомощной, чтобы обо мне хоть кто-то начал беспокоиться?
— Очень скоро ты поймёшь, что неправа, и тебе будет стыдно, — тихо предупредил Крис.
— О, у меня, оказывается, есть отличный консультант по стыду! — Её голос ломался от слёз и гнева. — Человек, который всегда делает что взбредёт в голову и из любого дерьма выходит чистеньким!
Тина не глядя схватила с тумбочки книгу и швырнула в брата. Крис поймал том на лету и осторожно отправил на стол.
— Отличная способность! — Вторая книга полетела через комнату и тоже была поймана в воздухе.
Останавливать снаряды полем было бы куда проще, но Крис давно изжил привычку инстинктивно прибегать к колдовству. И сейчас эта сдержанность пришлась как нельзя кстати.
