— Орден оставил засаду возле дома, вы получили право при необходимости использовать межконтинентальный портал, при том, что бухгалтеры гвардии терпеть не могут лишние расходы, и когда вам потребовалось — мгновенно оказались на докладе у самого Франца де Гира, — небрежно перечислила Маннергейм. — Все эти факты свидетельствуют о том, что Орден считает смерть Эдвинов неординарным событием.
— Смерть любого чуда является для Ордена неординарным событием, — мгновенно ответил Заппа.
— Вы поняли, что я имела в виду, — качнула головой гиперборейская ведьма.
Несколько секунд они буравили друг друга взглядами, после чего Инга разрядила обстановку, предложив:
— Яна, пожалуйста, дай нашему собеседнику закончить речь.
И приятно улыбнулась нахохлившемуся чуду.
При необходимости они легко менялись ролями: сейчас гиперборейская ведьма играла «злого полицейского», стремящегося безоглядно давить на собеседника, а рыжая демонстрировала выдержку и хладнокровие.
— Хорошо. — Яна сделала вид, что решение далось ей нелегко.
— Спасибо, — кивнул Заппа, бросил быстрый взгляд на Ингу и вернулся к рассказу: — Я доложил о нашей встрече, и великий магистр, к некоторому моему удивлению, поверил в рассказ о наложенном на вас Заклятии обещания.
— Франц всегда отличался рассудительностью и благоразумием, — не смогла промолчать Маннергейм.
— Поэтому он и занимает пост великого магистра.
— Разумеется.
— Да. — Латони помолчал, но, естественно, отметил, что владыку Великой Чуди Яна Маннергейм тоже называет по имени. — Предложено следующее: я стану сопровождать вас во время расследования. В мои обязанности будут входить наблюдение, советы и поддержка — при необходимости. Я даю слово, что во время расследования не стану обращаться к Ордену, кроме как с вашего согласия. Но, разумеется, впоследствии предоставлю великому магистру и капитану де Лаэрту полный отчет.
Учитывая обстоятельства, сделанное чудами предложение тянуло на статус «идеальное», и именно поэтому Яна не могла не задать следующий вопрос:
— Почему наше расследование кажется Ордену важным?
— Как я уже сказал: смерть любого чуда кажется Ордену важной, — прохладно ответил лейтенант, которого начало злить затянувшееся вступление. — А ваше появление прямо указывает на то, что смерть четы Эдвинов не случайна.
— Наше появление тут ни при чем, — вздохнула Инга. — Они умерли вчера утром, а за расследование мы взялись…
— И все-таки, лейтенант, почему вы решили организовать возле дома Эдвинов засаду? — перебила подругу Маннергейм — откровенно перебила, не позволив рыжей сболтнуть лишнего. Все это поняли, и все сделали вид, что услышанное прошло мимо их ушей.
— Капитан де Лаэрт сказал, что я могу отвечать на любые ваши вопросы, но только после того, как вы примете наши условия, — вежливо улыбнулся чуд. — Нет сделки — нет разговора.
— А если не примем?
— В этом случае вы будете объявлены в розыск как подозреваемые в причастности к убийству четы Эдвин.
— Мы их не убивали.
— Мы знаем. — На этот раз Заппа улыбнулся, не просто вежливо, а необычайно обаятельно. — Поэтому пытать вас не станем, посадим под замок и будем ждать следующего хода вашего заказчика.
— Умно, — прокомментировала Яна.
— Жестко, — прокомментировала рыжая.
— Жесткое обещание, которое не обязательно будет исполнено, — уточнил лейтенант. — Рекомендую согласиться на наше мягкое и очень щедрое предложение. Кстати, я удивлен, что капитан де Лаэрт его сделал.
— Гуго знает, что мы — адекватные деловые партнеры.
— Вполне возможно, — не стал спорить чуд.
И с удовольствием глотнул вина. И улыбнулся, поскольку озвучил предложение, от которого невозможно отказаться.
Инга и Яна переглянулись и одновременно подумали о том, что рано или поздно им придется вернуться в Тайный Город, и будет не очень хорошо, если вместо довольного Морэла с раскрытой чековой книжкой их встретят мрачные рыцари с предложением заглянуть в сырые подвалы главной тюрьмы Великого Дома Чудь.
— Какие еще условия, кроме того, что вы будете нас сопровождать? — вроде бы неохотно спросила гиперборейская ведьма.
— Вы удивитесь, но никаких, — тут же ответил лейтенант. Девушки уже поняли, что слово «удивление» — в различных интерпретациях — было в его лексиконе одним из любимых. — Я сопровождаю, помогаю и наблюдаю, чем все закончится. Это ведь не противоречит Заклятию обещания?
— Нет.
— Значит, вам ничего не грозит.
— И ты даешь слово, что ничего не расскажешь Ордену о ходе расследования без нашего на то разрешения? — уточнила Маннергейм, плавно перейдя на «ты».
— Могу дать Заклятие обещания.
Наемницы вновь переглянулись.
— В этом нет необходимости.
— Почему? — заинтересовался чуд.
— Мы тебе верим.
И прежде чем лейтенант успел прокомментировать неожиданное заявление, Яна повторила свой вопрос:
— Почему Орден выставил засаду возле дома Эдвинов?
— Потому что гибель Тиррея, хоть и названа несчастным случаем, тем не менее вызывает сомнения. — Латони правильно расценил отказ от Заклятия как заключение сделки, и перешел на деловой тон: — Кстати, откуда вы узнали о его смерти?
— Увы, на этот вопрос мы ответить не можем.
