— Мы — наемницы, — напомнила собеседнику Яна. — Мы не имеем права разглашать полученную информацию.
— Когда в ход идут пытки или деньги, многие забывают о правах и обязанностях, — развел руками чуд. — Я не случайно начал разговор с напоминания о том, что происходит в Тайном Городе: настали жесткие времена, и многие прикрываются этой оговоркой, чтобы забыть о правилах.
Девушки переглянулись. Судя по всему, Инга была не прочь закончить разговор и распрощаться, но в ответ на ее немой вопрос гиперборейская ведьма отрицательно качнула головой и вновь обратилась к чуду:
— Пожалуйста, объясните причину столь жесткого требования к сохранению тайны.
— Под ударом не только моя репутация и карьера, — после короткой паузы ответил рыцарь. — История, которую я планирую расследовать, способна дискредитировать Орден, поэтому я вынужден настаивать на высочайших гарантиях. — Он вновь помолчал. — А учитывая вашу дружбу с навами…
— Все знают о нашей дружбе с навами, — перебила его Инга.
— Мы это только что обсудили.
— Вот видите!
— Но гарантии необходимы.
— Вы хотите получить Заклятие обещания? — Яна раньше подруги догадалась, о чем идет речь.
— Да, — кивнул ле Гран.
— Мы его дадим.
— Яна? — удивилась рыжая. Удивилась в первую очередь тому, что подруга приняла решение за нее.
— Я верю вам, Морэл, верю, что ваше требование обусловлено действительно серьезными причинами, и готова пойти навстречу. — Маннергейм повернулась к подруге: — Рыцарь просит подтвердить то, что мы и так обязаны выполнить. Я не вижу причин для отказа.
Инга несколько секунд смотрела подруге в глаза — при этом она совсем перестала походить на наивную девочку, — после чего неохотно согласилась:
— Хорошо.
И поморщилась, увидев, что на ладони ле Грана появились три черные фигурки. Маленькие, но пышущие магической энергией.
— Я клянусь своим сердцем, что правдиво отвечу на все вопросы, связанные с этим расследованием, буду оказывать любую помощь, которая потребуется, и обязуюсь в точности соблюдать все положения контракта, если мы его заключим.
Девушки вновь переглянулись, после чего накрыли ладонь рыцаря своими руками.
— Я беру твое слово, Морэл ле Гран, и клянусь своим сердцем сохранить в тайне всю информацию, которую ты сообщишь, до тех пор, пока ты сам не освободишь меня от клятвы.
Рыжая повторила слова подруги, и фигурки впились в их руки, растворились в них, связывая произнесенные слова такой крепостью, что разорвать наложенные узы не могли бы даже самые сильные маги Тайного Города.
— Что теперь? — недовольно поинтересовалась Инга, когда ритуал завершился.
— Теперь будет правда, и ничего, кроме правды. — Морэл перешел на деловой тон. — Некоторое время назад я уговорил мастеров открыть частный… скажем так: заповедник драконов.
— За пределами Тайного Города? — уточнила Яна.
— Совершенно верно.
— Это не совсем законно, — подала голос рыжая, намекая на то, что именно подобным обстоятельством обусловлено маниакальное желание ле Грана хранить разговор в тайне. Но ошиблась.
— С законностью все было в порядке: мы получили согласие Великих Домов и обязались соблюдать режим секретности, — немедленно ответил рыцарь. — Мы не афишировали открытие заповедника для широкой публики, но не скрывали его от зеленых и темных — в этом не было смысла. Мы договорились, сделали, что хотели, все шло хорошо, но…
— Всегда есть это досадное но, — мягко заметила Яна.
— Иначе бы вы не смогли зарабатывать, — коротко рассмеялся ле Гран. Согласие ведьм на Заклятие обещания привело его в прекрасное расположение духа. — Именно появляющиеся но — залог востребованности вашей профессии.
— Да уж, не будь этого но, я бы стала парикмахером… — протянула Инга.
— Неужели? — удивился Морэл.
— Или банкиром.
Такой разброс в предпочтениях заставил рыцаря ненадолго замолчать, но он быстро вернулся к теме разговора:
— Итак, девушка, не ставшая банкиром или парикмахером, если вам интересно, в моем случае этим самым но стала эпидемия тарской ярости. Точнее, с нее все началось…
— Тарская ярость — это что-то вроде чумки? — уточнила худенькая.
— Что-то вроде бешенства, — ответил Морэл. — Один из драконов подхватил ее и, прежде чем мы сообразили, что происходит, разнес часть базы и повредил энергетические линии. — Чуд выдержал короткую паузу и веско добавил: — Все энергетические линии.
— Включая магические? — удивленно спросила Инга.
— Да. — Еще одна пауза. — На базе начался полнейший хаос, и питающие, и защитные цепи пошли вразнос, порталы не складывались, все готовилось взлететь на воздух, но один из моих подчиненных — юноша по имени Тиррей — ухитрился справиться с проблемой. Он оседлал дракона, влетел в самый центр энергетического хаоса и… И ликвидировал его.
— Каким образом?
— Понятия не имею, — честно ответил ле Гран. — Он просто справился.
— Гм… — Инга перевела взгляд на Яну.
И не ошиблась: у гиперборейской ведьмы тоже возникли сомнения.
— Тиррей был сильным магом? — поинтересовалась Маннергейм.
— Я бы не сказал. — Судя по быстроте ответа, чуд заранее его обдумал. — Во всяком случае, он не проявлял себя таковым.
