Порножовщина полностью

— Я все еще ищу способ освободить тебя от этого. Я хочу, чтобы ты так же жаждал меня, но только чтобы это был твой выбор.

Джек качает головой.

— Шерил, я выбрал тебя, точно так же, как ты выбрала меня. И я счастлив. Счастливее, чем мог бы себе представить. Почему я должен хотеть это исправить?

Мы с Эшли внимательно и долго смотрим друг другу в глаза. Я был чертовски несчастен всю свою жизнь. То, что я чувствую к ней, просто химическая реакция? И какова следующая стадия этой болезни?

Счастье? Удовлетворенность?

Если это болезнь, хочу ли я вылечиться от нее?

Я бы поняла, если бы ты это сделал.

Голос ее матери был ясным и деловым.

— Я не хочу обрушиваться на вас, юных влюбленных, но исследования доказали, что человеческая привязанность, как сексуальная, так и эмоциональная, — это всегда химический процесс. Я не знаю, насколько это изменилось из-за того, что с вами сделали, но серотонин выделяется после секса. Повышенный уровень дофамина, окситоцина, серотонина и вазопрессина — все это часть того, что люди считают ‘влюбленностью’. Было проведено некоторое исследование о плодовых мушках и алкоголе, которое показало, что секс может приносить такой же приход, изменяющий сознание, что и кокаин, с таким же уровнем привыкания. Итак, если вы не ищете способ полностью искоренить любовь во всем мире, я не вижу смысла беспокоиться о том, как отделиться друг от друга. Я предлагаю сконцентрировать эту энергию на том, как вы собираетесь оставаться незамеченными. Я согласна с Хью. Видимость подвергнет всех вас опасности, — она смотрит прямо на Эшли. — Всех вас.

Эшли кивает.

Я напрягаюсь.

— Я не могу сидеть сложа руки и ничего не делать.

— Даже ради Эшли? — спрашивает Джек, и его вопрос глубоко ранит.

Я бы никогда никому не позволил причинить вред Эшли, но…

— Кто-то накачал меня наркотиками. Они пытались убить не только меня, но и всех нас. Разве тебе не нужно знать, кто это? Лично мне нужны ответы.

Хью проводит рукой по лицу.

— Речь не о том, что тебе нужно, Рэй. Нам надо спасти еще девять человек. Сначала мы возвращаем их обратно, а потом ищем ответы… тихо и незаметно.

— Не знаю, смогу ли я это сделать.

— И именно поэтому я не хотел так рано возвращать тебя обратно, — рычит Хью.

— Не надо, Хью, — предостерегает Джек. — Это не поможет.

— Что случилось с твоим самым счастливым лицом на свете, Хью? — я знаю, что веду себя дерьмово, но это был чертовски долгий день, и я устал.

— Эй, — тихо говорит Эшли, и мое внимание возвращается к ней. — Это нелегко для всех нас. Мы напуганы. Я, ты, он… никто из нас не знает, чем это обернется. Но нам нужно держаться вместе. Как только мы набрасываемся друг на друга — мы проигрываем, а они выигрывают.

Она права, а я просто эгоистичный придурок. Не имеет значения, откуда я родом и была ли моя жизнь лучше или хуже, чем жизнь Хью до "Чернильницы", сейчас мы все в одинаковой ситуации.

Чистый лист.

Я помогу тебе получить ответы, Рэй. Клянусь, что помогу.

Мое сердце учащенно бьется в груди. Она не только слышит меня, но и принимает. С ней я не неудачник, не монстр.

Я не чувствую себя сломленным или отчаявшимся.

Мне все равно, пусть даже если это просто химическая реакция, я больше не могу представить себя и свою жизнь без нее.

Она кладет руку мне на щеку.

Осторожно, после такого я могу и влюбиться в тебя.

Вызов принят.

Она хихикает и отводит взгляд, затем быстро оборачивается и говорит:

— Мне кажется, или нам становится легче понимать друг друга?

— Твои мысли становятся яснее.

— Если ты считаешь, что ваша связь прочна сейчас, просто подожди до тех пор, пока вы не займетесь сексом, — объявляет Мерседес.

— На этой ноте… — Лорен встает. — У меня утренняя смена. Я свяжусь с тобой, Эшли, только если узнаю что-то новое. Но позвольте напомнить, — она смотрит мне в глаза, — что я могу быть бесценным другом… или последним, что ты увидишь перед тем, как испустишь последний вздох.

— Мама! — восклицает Эшли.

Я поднимаюсь на ноги.

— Нет, я понимаю, — говорю я ее матери. — Я слышал так много замечательных вещей о вас и теперь вижу сам, откуда у Эшли такая внутренняя сила и стержень.

Не слышно ни звука. Никто не двигается, кроме Эшли, которая теперь стоит рядом со мной, возвращая свою руку в мою.

Мы ждем.

Один уголок рта Лорен изгибается, затем другой, пока улыбка не расцветает на ее лице.

— Будь добр к моей дочери.

Я киваю.

‡

Эшли

Вскоре после того, как моя мать уходит, Шерил тянет меня на кухню.

— Что ты планируешь делать?

— Ты о чем?

— Рэй. Тебе удобно, если он остается здесь, или нам следует взять его с собой?

— Ох, — у меня все еще кружится голова от всего, что произошло. — Я не думала наперед. Я просто рада, что он жив.

Она переминается с ноги на ногу.

— Я не знаю, как сказать кое-что достаточно тактично.

— Тогда спроси себя, нужно ли вообще это говорить.

Она морщится.

— Чувствую, что нужно.