Ноздри Мэлиса раздуваются, и он отпускает мои волосы, нежно приглаживая их рукой. Я чувствую, что практически вибрирую от возбуждения, когда бросаю взгляд на Рэнсома, который наблюдает за мной так, словно это лучшее, что он когда-либо видел в своей жизни. Вместо того чтобы заставить меня подползти к нему, он сам подходит ближе. Я поворачиваюсь к нему лицом, и он проводит кончиками пальцев по моему лицу.
– Приберегла лучшее напоследок, да? – шутит он, подмигивая, и я сдерживаю улыбку. Я дышу тяжелее, и он, должно быть, видит, как мои глаза остекленели от возбуждения, потому что добавляет: – Ты очень возбудилась, правда, малышка? Почему бы тебе не подрочить себе, пока ты будешь сосать у меня? Заставь себя кончить с моим членом во рту.
Словно ожидая разрешения, я запускаю одну руку в штаны, кончиками пальцев нащупываю клитор, а другой обхватываю и скольжу губами по его украшенному пирсингами члену. Он не ошибся. Я очень близка к краю, безумно возбуждена от жара, витающего в воздухе, от невероятного ощущения, что заставляю его братьев кончать. Моя рука движется быстро, пальцы обводят клитор уверенными движениями. В то же время я втягиваю щеки и отсасываю у Рэнсома.
– Черт, – стонет он, и я чувствую, как его ноги слегка дрожат, пока он глубже проникает в мой рот. – Черт, черт,
Его верхняя часть тела слегка склоняется надо мной, а затем он кончает мне в рот. Я почти не успеваю сглотнуть, поскольку в тот же момент меня настигает мой собственный оргазм. Мои движения становятся хаотичными, но я продолжаю сосать его член, извиваясь вокруг него, пока удовольствие бешено сотрясает мое тело.
К тому времени, как я наконец отстраняюсь, у меня перехватывает дыхание, а сердце колотится после оргазма, как сумасшедшее.
Рэнсом помогает мне подняться на ноги, одаривая глубоким, непристойным поцелуем, словно хочет ощутить остатки себя на моем языке. Затем он еще раз легонько целует меня в нос.
– Это был трудный день, – говорит он мне. – Думаю, нам лучше отвести тебя в постель.
– Еще бы, черт подери. – Мэлис подхватывает меня на руки и перекидывает через плечо, заставляя меня рассмеяться, пока несет меня по короткому коридору в спальню. Он опускает меня на большую кровать, и я слегка подпрыгиваю, ударяясь о матрас.
– Это намного лучше, чем та раскладушка, – вздыхаю я, раскидывая руки и наслаждаясь ощущением прохладных простыней под разгоряченной кожей. – Приятно лежать в кровати, которая не рассчитана на ребенка.
Мэлис усмехается, пока его братья подходят и встают рядом с ним.
– Для тебя только самое лучшее, солнышко. Ты заслуживаешь большой, взрослой кровати, на которой тебя хорошенько оттрахают.
– Как королеву, коей ты и являешься, – ухмыляясь, добавляет Рэнсом.
– Ты уже мокрая? – Взгляд Мэлиса изучающе скользит по мне. – Вся влажная и скользкая?
– Да. – Я киваю, но он качает головой.
– Думаю, мы можем еще немного над тобой поработать. – Он переводит взгляд на своего близнеца. – Вик. Хочешь разогреть ее для нас? Хочешь попробовать ее на вкус?
Вик замирает, у него перехватывает дыхание. Сдерживаемое возбуждение в моем теле мгновенно возрастает до предела, когда я осознаю, что делает Мэлис. Он позволяет Вику взять инициативу в свои руки, давая брату шанс прикоснуться ко мне первым. Отлизать мне.
Я не могу удержаться от того, чтобы не заерзать на кровати. Мои бедра беспокойно двигаются, клитор мгновенно реагирует на слова Мэлиса. Я стягиваю с себя футболку и, слегка выгибая спину, тянусь назад, чтобы расстегнуть лифчик. Затем стаскиваю штаны, скидываю туфли, а потом избавляюсь и от трусиков. Вик стоит словно статуя, наблюдая, как я все это проделываю, и, когда я полностью обнажена, он, наконец, двигается. Сбрасывает с себя одежду, складывает ее на кровати, а потом забирается на матрас рядом со мной.
Вик раздвигает мои бедра, и ощущение его рук на моей обнаженной коже так же волнующе, как и в первый раз, когда он это сделал.
Но на этот раз он не просто прикасается ко мне руками.
Устраиваясь поудобнее у меня между ног, он опускает голову. Двигается так медленно, что я чувствую тепло его дыхания еще до того, как ощущаю его язык, и когда он, наконец, прокладывает себе путь к моей мокрой щелочке, я издаю голодный, потрясенный стон.
– Нравится? – спрашивает Мэлис. – Тебе нравится, как язык моего брата касается тебя?
– Да! – Я тяжело дышу. – Боже, да!
Виктора, кажется, ободряет неоспоримая честность в моем голосе, и он продолжает. Он ласкает меня так же, как той ночью, с такой невероятно целеустремленной тщательностью и сосредоточенностью, что у меня захватывает дух.
Второй оргазм настигает меня прежде, чем я успеваю заметить его приближение, и, пока я содрогаюсь от толчков, Вик даже не замедляется.
– Ей нравится, когда ты трахаешь ее языком, – с жаром комментирует Рэнсом. – Делай это так глубоко, как только можешь. Затем, когда почувствуешь, как она сжимается вокруг тебя, оближи ее клитор. Быстро. С силой.
–
