Я провожу кончиками пальцев по руке, нащупывая выступы рубцовой ткани под тканью рубашки. Шрамы не болят – они с самого детства меня не беспокоили, – но сейчас я чувствую в них призрачный жар, будто языки пламени лижут мою кожу.
– Черт, – ругается Мэлис. – Она и правда гребаный монстр.
– Больше всего на свете она дорожит именем своей семьи, – говорю я. – И наследием, которое, по ее мнению, должно у нас быть. Но Мисти и моя мама… они были для нее помехой. Стояли на пути к идеальному будущему, которое она себе вообразила. Были пятном на семейном наследии. Она обвинила маму в том, что та «соблазнила» моего отца и пыталась увести его из семьи.
Братья переглядываются, по привычке обмениваясь безмолвными взглядами.
– Звучит знакомо, – бормочет Рэнсом. – Она, похоже, реально одержима мыслью, что ее семья – это какая-то гребаная собственность.
– Поэтому она точно не собирается отступать, – бормочет Вик. – Она не смирится с отменой свадьбы, не станет двигаться дальше или сдаваться. Она будет непреклонна.
У меня внутри все переворачивается при одной мысли об этом. По словам Мэлиса, это кажется легким делом – быть на шаг впереди нее, не попадаться ей на глаза, но я знаю, что все будет не так просто. Это попросту невозможно.
– Мы должны быть очень, очень осторожны, – говорю я им. – Если она нас поймает…
– По крайней мере, с тобой все будет в порядке, – говорит Рэнсом.
– Зависит от того, что ты имеешь в виду под «в порядке».
Он морщится, а затем кивает.
– Твоя правда. Она не убьет тебя, но…
– Но я, возможно, пожалею, что не умерла к тому времени, как она закует меня в кандалы этого ужасного брака. И если она причинит боль вам, ребята, я… – Я замолкаю, даже не желая заканчивать эту мысль. Об этом слишком больно даже думать.
– Давайте не будем сейчас об этом, – говорит Вик, возвращая наше внимание к насущной проблеме. – Нам нужен план. Честно говоря,
– Детройт – не вариант. – Мэлис скрещивает руки на груди, отчего татуировки на его бицепсах двигаются и растягиваются. – А находиться поблизости – значит просто напрашиваться. Нам придется держаться подальше от этой части страны.
– Любое путешествие, требующее от нас удостоверений личности, сейчас слишком рискованно. Мы не знаем, за какие ниточки Оливия может потянуть, чтобы узнать, куда мы направляемся. А еще она наверняка ожидает, что мы сядем где-нибудь на самолет и уберемся отсюда, – говорит Вик. – Так что какое-то время мы будем передвигаться на машине.
– Но покинуть страну, возможно, было бы хорошей идеей, – добавляет Рэнсом.
Парни выглядят задумчивыми.
– Это неплохая идея, – отвечает Вик, печатает что-то на ноутбуке, а затем поднимает взгляд на нас. Холодный свет от экрана падает на его лицо. – Канада недалеко.
– А может, и слишком близко, – возражает Мэлис. – Достаточно близко, чтобы у нее могли быть там друзья или связи.
Вик хмыкает.
– Возможно. Мексика?
Я прикусываю губу, пытаясь вспомнить географию и то, сколько штатов находится между нами и Мексикой.
– Это довольно далеко, разве нет? – спрашиваю.
– Да, но нам сейчас это и нужно. У Оливии на всех нас есть компромат. Ее угрозы вовсе не расплывчатые или спекулятивные. Мы работали на нее, и она имеет полный доступ ко всем доказательствам, связывающим нас со всеми ее заданиями. Так что не будем исключать, что она может пойти в полицию с просьбой помочь задержать нас.
У меня внутри все переворачивается. Об этом я не подумала. На первый взгляд Оливия кажется респектабельным, состоятельным членом общества, а у таких людей всегда больше шансов получить от закона то, что они хотят.
Разговор продолжается по кругу, ребята обсуждают, кого они знают по пути в Мексику, кто мог бы нам помочь и безопасно ли вообще с кем-либо связываться.
Вик выводит на экран карту и разворачивает ее так, чтобы мы все могли видеть, намечая различные пути, которые могут привести нас туда, куда мы хотим попасть. Расстояние кажется таким огромным, и чем больше они говорят, уточняя детали, тем больше я беспокоюсь, что мы переоцениваем себя.
В конце концов, я ощущаю усталость от проведенного в беспокойствах дня. Глаза того и гляди закроются, и я прикрываю зевоту рукой, сонно моргая и пытаясь вслушаться во все, что они говорят.
– Уже поздно, – говорит Рэнсом спустя еще несколько минут. – Нам нужно немного отдохнуть. Особенно если предстоит чертовски долгая поездка. – Он подталкивает меня плечом. – Ты очень сонная, красавица.
– Нет, – бормочу я, качая головой. – Я в порядке. Нам нужно продолжать разрабатывать стратегию.
– На сегодня мы сделали все, что могли.
Он встает и поднимает меня со стула, кладет руки мне на плечи, чтобы направить в сторону спальни. Я не сопротивляюсь ему, мое тело обмякает от усталости, а ноги шаркают по полу. Другой стул со скрежетом отодвигается от стола, и когда я поворачиваю голову, то вижу, что Мэлис тоже встает. Не говоря ни слова, он следует за нами, молча направляясь в спальню.
