А когда собрал ходики, подтянул гирю, качнул маятник, увидел, что все труды оказались напрасными. Тикали часы невесело, а вскоре и вовсе остановились. После тщательной проверки стало очевидно: вырезая детали перочинным ножичком, невозможно достичь необходимой точности в подгонке их друг к другу. Тут необходимы были совсем другие инструменты. Достать их в Нижнем Новгороде было негде, три прежних часовщика давно уже разъехались по другим городам.
На счастье, Кулибину вскоре представился случай самому побывать в Москве. Как человеку грамотному, честному и твердому характером, нижегородские купцы доверили ему защищать свои интересы в одной старой запущенной тяжбе.
Выполнив поручение, Ваня зашел в первую же попавшуюся ему на пути часовую мастерскую на Никольской улице. Ее хозяин Лабков позволил нижегородцу сесть рядом и наблюдать за своей работой. И на все вопросы отвечал подробно и вразумительно.
У него же и купил Иван за сходную цену испорченную резальную машину и токарный станочек, а также другой мелкий инструмент. Дома сам починил их и тут же принялся вырезать детали для тех же деревянных ходиков. Точил, а сам уже заранее знал: не хуже соседских получатся! Так оно и вышло.
Часы даже отец одобрил. Повесили их прямо в лавке. Вскоре нашлись им покупатели. Тут и Петр Кулибин добрее стал, позволил сыну идти своей дорогой.
Вслед за деревянными ходиками научился Иван делать такие же медные. Поначалу по своим образцам отдавал отливать детали, а потом сделал большой токарный станок с ножным приводом и стал точить их сам.
Со всех сторон посыпались заказы, знай только поворачивайся. Тогда и взял мастер в ученики соседнего мальчишку Лешу Пятерикова. Всему его обучал, что знал сам, секретов никаких не таил. Доверял чинить самые сложные карманные брегеты* и столовые куранты. А однажды объявил:
- Отныне, Леша, заказы на "кукушку" более не принимаем. Неинтересно. Да и время для другого дорого!
_______________
* Б р е г е т - карманные часы с боем.
Достал из ящика стола крошечные восковые фигурки, сотни нарезанных из игральных карт чертежей колесиков, шестеренок, штифтов.
- Задумал я, - стал объяснять, - такие часы сотворить, какие еще никто в мире не делал. Будут они не только время показывать и обозначать боем каждый час, полчаса и четверть часа, но и музыку разную дважды в сутки играть и театральное действо показывать. А размером гусиное яйцо не превысят.
- Сколько же деталек потребно для такого дива?
- Прикинул я - не менее четырехсот. Да не простых. Иные размером с зерно маковое, иные - тоньше волоска.
- Верно, и обойдутся такие часы в копеечку!
- То-то и оно! Тыща рублей, а то и больше потребуется, а где такие деньги взять? За всю жизнь вряд ли столько вместе заработаем! Купца бы богатого уговорить заказать их!
Заказчик нашелся сам. Вскоре после того разговора явился в мастерскую купец Костромин, капитал которого оценивали в сто тысяч, спросил, не возьмется ли Кулибин изготовить особые часы, подарочные?
- Дорогие? - уточнил Кулибин и со значением посмотрел на ученика.
- Чем дороже, тем лучше, - самодовольно ответил купец. - Самой матушке императрице желаю подарить.
Разговор происходил в 1764 году. Не так давно вступившая на престол Екатерина II объявила, что посетит "Азию" - так она называла Поволжье. Узнав об этом, Костромин решил использовать ее приезд в Нижний Новогород в своих интересах.
- Надеюсь, - объяснял он Кулибину, - послаблений больших для старообрядцев добиться. Я ведь у кержаков лес покупаю. А там все раскольники. Добьюсь для них льгот, возрастет ко мне расположение. Потому мне часы эдакие нужны... - Не находя слов, покрутил пальцами в воздухе: Чтобы, значит, могли поразить царицу...
- Держу я в голове такие часы, Михайло Андреич, да только...
- Об деньгах не беспокойся! - перебил купец. - Все, что потребно для работы, - на мой кошт!* Затрат не пожалею, только лишь потрафь! А часы царице преподнесем совместно.
_______________
* К о ш т - счет, содержание.
Трудились они с Пятериковым над такими часами более двух лет, выходных и праздников не знали, на сон и еду тратили лишь восемь часов в сутки. Когда валились с ног от усталости, бежали к колодцу обливаться студеной водой.
Главная трудность состояла в том, что все четыреста двадцать семь деталей были настолько малы, что обычным способом изготовить их оказалось невозможным. Пришлось вначале изготавливать особый инструмент: оправки, сверла, резцы. Приноровились к ним не сразу. Нельзя было ошибаться ни на волосок, иначе детальки не подходили друг к другу. Там, где сами не находили верный путь, обращались к "Экспериментальной механике" немецкого ученого Крафта в переводе и с комментариями Ломоносова.
Однажды, в разгар работы над часами, Костромин привез показать им английские приборы: электрическую машину, телескоп, микроскоп и подзорную трубу, - спросил Кулибина, может ли он изготовить в подарок царице такие же.
- Отчего не попробовать? - загорелись глаза у мастера.