– Да какая разница? – Карандаш что-то быстро вычертил на бумаге; Арсень фыркнул, теряя интерес к разговору. – Половина из них на таком же точно голодном пайке и только что на стенку не лезет. Не думаю, что твоя ассистентка – исключение. Она ж только на тебя заглядывается, ни с кем больше… Так что… – он чуть наклонил голову, окинул взглядом рисунок, что-то отчеркнул, принялся штриховать, – не разнесите там в первый раз ванную с радости.
– Я… – несколько заторможено сказал Джим, поднимаясь, – не рассматривал вопрос с подобной стороны. Ну… до свидания… извини за беспокойство…
– Да чего там, обращайся, – невнимательно пробормотал Арсень, не отрываясь от рисунка.
Набросок доктора вышел каким-то грустным. Арсений несколько минут вглядывался в линии, так и эдак.
– Надо ж, с чем у людей проблемы бывают, – сказал глубокомысленно. Случайно перевёл взгляд на картину… по верху, над крышей горельефного особняка, пролетела ворона. Совершенно точно! Арсений потряс головой. Ворона добралась до края картины и исчезла за рамой.
– Положим, всё-таки не глюки…
Он ощупал края рамы. Между ней и поверхностью картины была щель. Чисто теоретически туда могла пролезть такая фигурка.
Впервые за долгий день проснулось чувство голода. Пришлось отложить инспекцию и плестись на кухню – на авось Дженни ещё там, или что-то осталось от ужина.
Предчувствие не обмануло: несмотря на поздний час, девушка действительно ещё была на кухне. Перемытая посуда уже в шкафу, другая партия обсыхает на расстеленном полотенце, хозяюшка вытирает чашки, на плите шипит закипающий чайник – не тот большой, обычный, а маленький, с изящно изогнутой ручкой. В любимом кресле Дженни свернулся калачиком Кот. В этот раз бродягу не интересовала даже Нэн, лазающая по верхушке холодильника.
– Ой, Арсень! – Дженни отложила полотенце. – Тебе уже лучше? Я думала, вас с Джеком до завтра тут не увижу…
– Ну, его, может, и не увидишь, – Арсений против воли улыбнулся. Всё-таки редко какая девушка умеет создавать вокруг себя такую атмосферу уюта. Он был усажен за стол, а уже через минуту получил чашку ароматного исходящего паром чая и тарелку с печеньями. Дженни устроилась напротив со своей кружкой.
– Все разошлись, а мне что-то не хочется спать, – поведала, водя по столу пальцем и задумчиво наблюдая за его движениями. – Даже хорошо, что ты пришёл. В одиночестве здесь иногда бывает грустно.
– Наверно, сегодня просто день такой, – Арсений с хрустом надкусил печенье. Песочное, любимое с детства. – Эш-шо как у меня… на родине. Вот… – пришлось отложить поглощение печенек, – после праздников. Однокомнатная квартира, первое января, утро, куча храпящих родственников, которые накануне полночи бухали и теперь спят до обеда. И ты ходишь по квартире среди этих спящих тел и не знаешь, куда приткнуться.
– Какие у вас ужасные праздники, – Дженни, покачав головой, аккуратно подняла от стола чашку.
– Да не, нормальные. Просто… – Арсений стянул ещё печеньку, – надо либо участвовать, ну, так же пить, либо вообще на них не быть. А мы с сестрой тогда совсем мелкие были… Вкусные печенья, кстати.
– Спасибо. – Девушка улыбнулась, но улыбка тут же завяла. – Сегодня особняк прямо как ваши праздники… – Она помолчала, закусив губу, потом заговорила быстро, немного сбивчиво. Арсений так понял, что именно об этом она и хотела поговорить на самом деле.
– А ещё Джим такой грустный… Я его сегодня когда за обедом увидела… Он, конечно, сказал, что всё хорошо, но я же вижу, что нет. Как думаешь… – Дженни запнулась, встретив взгляд Арсения, – ему праздник не понравился?
Арсений несколько опешил. Среди всех возможных предположений грустности дока это было самым… необычным.
– Вряд ли… – выговорил с трудом – едва не подавился печеньем. – Сегодня ж все с похмелья, он, скорей всего, тоже. А с похмелья весёлым не будешь.
– Думаешь, только поэтому… Тебе чаю не подлить?
Арсений ещё не успел ничего ответить, а его чашка уже оказалась до краёв. Кажется, Дженни поверила, потому что снова начала улыбаться. Схватила недовольно мявкнувшего Кота, сама уселась в кресло, положила мурлыку к себе на колени.
– А у нас по картинам игрушки летать начали, видел? – спросила неожиданно. – Кукловод сказал, их надо ловить. Но не руками, а то порежешься, у нас в торговом автомате для них ловушки продаются… Крошечные такие, сачки и клетки. Размером прямо под игрушки сделаны…
Арсений мысленно послал горячий привет Кукловоду. А он-то думал, почему следов за время его отсутствия в комнате днём прибавилось изрядно. А теперь, с этими игрушками, к автомату начнут шастать вообще все. Кому не лень будет, разумеется.
– А я с утра думал, что привиделось.
– Нет-нет, они настоящие. Закери уже с десяток поймал, – девушка слегка нахмурилась. Рука, поглаживающая Кота, замерла. – Теперь бегает, пристаёт ко всем с игрой в карты на жетоны. Хочет на сачки накопить.
– А, это ты намекаешь…
– Именно! Если тебя попросит сыграть, не соглашайся.
– Ну хорошо… – Арсений хотел спросить, какая награда за поимку, но не успел, Дженни уже рассказывала дальше:
