Как бы хотелось в это верить. Как хотелось бы испытывать к ней не только теплоту и уважение. Док сжимал в ответных объятиях её тёплую талию, слегка водил ладонью по спине, даже улыбался.
Поверить в то, что у них всё получится...
Ну хоть девушку он действительно осчастливил: она весь день была радостная, лёгкая, как будто светящаяся изнутри. Смотря на неё, получалось надеяться на лучшее. Он даже принял решение назначить ей что-то вроде свидания – попросить у Дженни немного шоколада, принести в свою комнату чая и просто посидеть после работы.
Когда найдётся свободное время, разумеется.
Первая половина дня так и прошла – с надеждами, мечтами и наплывом пациентов, слава Гиппократу, с не особенно тяжёлыми травмами. Остаток дня был безвозвратно испорчен Алисой: ворвалась в гостиную как красный вихрь, перепугала рыскающего по комнате Закери, чуть не переломала лабораторное оборудование неудачным торможением.
Из её страстного и громкого монолога Джим узнал о себе очень много нового: он продаёт секреты (какие?) Последователей брату, он не желает (чистая правда) идти путём Кукловода, он не заботится о процветании фракции, он специально отпустил Арсеня в Подполье и теперь будет помогать подпольщикам больше, чем своим. Он уже даже не пытался переубедить разошедшуюся женщину, по опыту знал, что это бесполезно – она попросту не услышит ни слова за своими криками.
Под конец Алиса пообещала убедить последователей переизбрать лидера и вышвырнуть его из фракции. Ни её обвинения, ни её угрозы нисколько не поменялись с момента начала разногласий.
Когда вихрь в красном покинул гостиную, Марго обняла дока сзади, прижалась. Он было понадеялся, что уж она-то понимает, что нельзя лишать человека – Арсеня – свободного выбора в чём бы то ни было, как она заговорила:
– Не переживай. Все понимают, что ты убеждал его как мог. Я даже не представляю, как подпольщики его к себе заманили.
И Джиму стало совсем грустно.
Вечером его ждал новый сюрприз.
После того, как поток раненых из-за смены испытаний иссяк, он решил провести хотя бы немного времени с Маргарет. Они уютно расположились в кресле, удостоились нескольких ядовитых реплик от Кукловода, но больше пяти минут выдержать не получилось – и у него, и у неё попросту закрывались глаза от усталости. Джим проводил девушку до комнаты, поцеловал в щёку и отправился к себе.
В его комнате горел свет. Книги валялись на полу, подарки, большую часть из которых он так и не удосужился распаковать, были разбросаны по всей комнате, и в центре этого великолепия – на его кровати – восседала Кэт.
Интересно, что она мне скажет, – подумалось Джиму с горькой иронией, – неужели Канта обсуждать будем?
– Как ты мог?! – Девушка начала вещать громко, с почти истеричными нотками, – как ты мог его упустить?!
Джим понимал, что отвечать бессмысленно. Что бы он ни сказал, Кэт это сейчас только раззадорит. Поэтому занялся насущным – сбором разбросанных книг.
– Нет, ты меня не игнорируй!!! – взвизгнула последовательница, вырывая набранную стопку из его рук и швыряя на кровать. Джим мысленно порадовался – не хватало ещё швырнуть о пол его любимую энциклопедию, или, ещё хуже, в вазу. – Я убеждала Арсеня как могла, а ты его упустил!!!
Как же я устал…
Джим потёр виски. Истерика девушки его никоим образом не волновала – главное, чтоб до припадка дело не дошло, но Кэт слишком любит себя, чтобы опускаться до пены изо рта. Книги было жалко, но, в конце концов, все книги заменяемы. В крайнем случае, у него есть записи и целая библиотека под рукой. Но как же он устал от вечных претензий на пустом месте…
– Ты, ничтожество, какой из тебя лидер?! – Кэт уже чуть ли не бросалась на него с кулаками. Кажется, его спокойствие только сильнее её злило. – Сопля! Червяк! Слизень бесхребетный!!!
Начали стягиваться любопытные. В дверь уже просовывался длинный нос общеособнячной сплетницы, к огорчению Джима, тоже последовательницы. Прямиком посередине проёма нарисовалась Алиса: стояла, гордо скрестив руки на груди, и усмехалась с видом победителя – Джим даже начал подозревать, что спектакль ей и инициирован, чтобы подорвать его авторитет среди последователей. Вряд ли Кэт сама по себе прибежала покричать, в её духе было бы ходить, презрительно задирая нос, и смотреть на него волком.
А может, и нет. Он никогда не понимал, почему кричат девушки.
– Ты упустил такой ценный кадр, ты мразь!!!
Джим всерьёз заопасался, что Кэт всё же на него кинется. К тому же, от неё слегка попахивало вином.
– Чтоб тебя черти взяли, мне на тебя даже плюнуть противно!!!
– А может, для начала заткнёшься?
Через толпу протолкался Арсений, за ним маячил Джек. При виде его последовательницы отошли подальше, кидая злобные взгляды.
Кэт оглянулась с полубезумным видом. Арсений не дал ей опомниться, схватил поперёк, закинул себе на плечо и вытащил в коридор.
– Арсень, не надо, она… – Джим не договорил. Поднялся возмущённый гвалт; к месту действия подтягивалось всё больше народу, в довершение картины прибежала Дженни с полотенцем в одной руке и ножницами в другой – кажется, её оторвали от какой-то работы.
