– А вот мой поверенный. Весь гемостимулин Перу. И только попробуй, – он ткнул пальцем в сторону удивлённо задравшего брови Роя, – не сдержать обещание. Явлюсь с того света и вытрясу.
Арсений сумел ухмыльнуться в ответ.
– Короче, Арсень, карты рисуй, всё сделаем, – перебил начавшего возмущаться Роя Фил. – Завтра, живы будем, выйдем на диверсию.
– Да я с вами, так-то.
– Ещё лучше. После игры обмозгуем, как камеры отвлекать.
– Хорош тут изображать крутого, – фыркнул Рой. – Ставить будешь?
– На Перо поставлю. Арсень, ты выживешь, если что.
– Постараюсь, – коротко ответил Арсений.
Иначе меня с того света достанет Форс.
Мэтт (как ни требовал называть его Трикстером, воспринимался всё равно как Мэтт) загнал их на игру сразу после ужина. Некоторым пришлось судорожно дожёвывать скудные пайки, почти не прожёвывая – тарелки относились к предметам, которые нельзя выносить из комнаты, а лишать себя последних калорий было неблагоразумно. Для каждого.
Джим шёл рядом с Арсенем, вылавливая Джека боковым зрением. В последнее время брат его сторонился. У Джима было несколько теорий, почему: плохо и скрывает; понимает, что Джиму тяжело и старается не беспокоить; всё ещё стесняется их с Арсенем союза; дуется, что Джим не примыкает к его фракции. Могло быть что угодно вплоть до непредсказуемых вариантов и целых комбинаций, в разных пропорциях.
Райан широкими шагами уже обогнал всех, только за дверью чердака мелькнул обрывок некогда шикарного хвоста. Тэн плавно проскользнула следом.
Джон – в основной массе, но у стены, обособленно. Джима беспокоило его психологическое состояние, но, во-первых, на поговорить не находилось времени и уединённого уголка, во-вторых, Джон должен был заговорить первым. И вот это было ещё сложнее, чем во-первых, потому что как-то Фолл всех сторонился.
Джим невесомо скользнул пальцами по бинтам на ладони Арсеня, почувствовал, как дрогнули в ответ пальцы.
– Вижу, соскучились, марионетки, – заскрипели динамики, стоило захлопнуться двери. – Сейчас повеселимся. Добро пожаловать на третью игру сезона в шоу «Охотник и жертва»!
Из динамиков начинает играть ненавязчивая весёлая музыка.
Плечо ощущает надёжное тепло Пера рядом. Не дожидаясь его инициативы, Джим переплёл пальцы с его, еле гнущимися.
Хоть бы не ты
Хоть бы не Джек
Вторая рука Арсения покоилась в кармане. Джим почти ощущал металлический холод устройства через штанину, даром что от него отделяли сцепленные руки и тазовый отдел подпольщика.
Кто угодно
Только не вы двое
Пусть лучше поздно, если не никогда
Музыка становится тише, уходит на фон, и снова слышится голос Мэтта:
– Начнём с нашей традиционной жеребьёвки. Ну, Алиса, неси шапочку… как мне нравится эта шапочка, было бы холодно, носил бы не снимая, – продолжал издеваться Стабле. – Но у нас не холодно, да… поблагодарили бы, да разве от вас дождёшься. Итак, первый…
Выдерживает паузу. Чистая психология, держать на нервах как можно дольше. Музыка со скрипом кружится в динамиках, носится по душному чердаку.
– И первым будет… будет… Ланселот!
– Нет!
Не выдержала Натали. Дёрнулась по направлению к динамикам, загородила широкой грудью тщедушного Донована. Её можно понять. Джим и сам знает – у Ланса нет шансов против кого угодно. Ланс – не убийца, ровно так же, как и Джек.
– Не… не трогай его! – вопль почти с отчаянием. А за её спиной Ланселот, пока Томпсон не видит, выскальзывает за дверь. У Джима тоскливо сжимается сердце.
Пальцы Арсеня сжимаются сильней. Ему так больно, но всё равно.
Джим боковым зрением видит – прикрыл глаза и что-то беззвучно проговаривает. Не услышать в общем шуме.
Когда Нэт бросается к двери, её останавливает уже нисколько не добрый голос Мэтта. Холодный, издевательский.
– Натали, девочка, в пару к Лансу хочешь? – Девушка поражённо застыла, не успев коснуться дверной ручки. – Да-да. Нырнёшь за ним, я закончу жребий и начну голосование. Встань на место.
Дженни прижала ладошки ко рту. Сидящий рядом на стуле Джим-подпольщик, едва живой, попытался протянуть к ней руку, но сил не хватило. Поодаль, в углу, с пятки на носок переминался задумчивый Энди. Когда Натали медленно, сгорбившись, вернулась на прежнее место, в голос Мэтта вернулись игривые нотки.
– Ну, не переживай так, Томпсон, – шуршание бумаги. – Сейчас посмотрим, может, повезёт, да ты выпадешь. Ну-ка…
Снова пауза с тихой музыкой, и в ней потрясающе звучно и страшно звучит восхищённое присвистывание Стабле.
– Да-а… я уж думал, не будет мне такого счастья. Райан. Форс.
– Нет!!! – завизжала Нэт. Теперь её, рвущуюся к Дракону, приходилось сдерживать сразу двоим – Рою и Филу.
Дракон, скривившись, размашистыми шагами прошёл к двери и резко захлопнул её за собой.
Бедная девушка обмякла. Она даже не закрывала лицо ладонями – по щекам катились слёзы, лицо некрасиво оскалилось, сморщилось. А вокруг будто круг отчуждения образовался. Она между двух ещё держащих её мужиков, и на полметра – никого. Парни просто не хотят связываться, девушки, даже если хотят, не знают, как подступиться. Лишь спустя несколько секунд Дженни метнулась к ней, обняла, пряча голову на груди. Тоже плачет.
