- Я потребовал оставить тебя в покое, пригрозил даже, что если он и дальше будет продолжать с тобой тесно общаться, об этом узнают...
- Зачем?! Зачем ты это сделал и когда?! - в волнении спросила Эмма. Ведь только теперь она узнала, почему же Селифан вел себя с ней крайне нерешительно, а ведь она уверена была, что он не такой... Она чувствовала всегда, что он хочет ответить на её чувства... теперь она уже не сомневалась в том, что всё было именно так. И это Роберт виноват, что Селифан к ней холоден. Он, вероятно, на самом деле боится быть обвинённым в связи с ней, она понимала, что ему это запрещено.
- Много раз. И бесполезно.
- Ты же... ты же всё испортил, - сказала Эмма в сожалении, но показывать своё недовольство и обиду по отношению к нему не хотела. Эмма понимала, что это ничего уже не изменит. Ведь Роберт уже сделал всё, что можно было, чтобы помешать ей осуществить свой замысел... да и результаты его стараний были ей прекрасно видны. Эмма не хотела обидеть Роберта, ведь он тоже может помощь ей. Он так сказал, и Эмма поверила. Роберт никогда ещё не обманывал её, слов впустую он не бросает. "И если Селифан и вправду окажется нищим, - решила она, - ей хотя бы будет на кого положиться". Поэтому Эмма не хотела ссориться с Робертом. Ей нужен был друг, ну, или вообще кто-нибудь, кто мог бы ей посочувствовать в трудную минуту. Эмма любит, когда о ней проявляют заботу, пусть и лишённую материального блага.
- Тебе так кажется только. Он привязался к тебе, - тихо сказал Роберт.
Эмма не хотела его обидеть, но она не сумела сдержать свою улыбку: восторг от самой себя охватил всю её. Эмма опустила голову. Видела, что ему тяжело и неприятно видеть её такой, довольной тем, что она завоевала любовь Селифана. А она ведь мечтала об этом, но не была уверена, что такое возможно. Да и поведение самого Селифана казалось ей неоднозначным. Она совсем не понимала его, мотивы любых его действий были скрыты от неё, - Эмма не видела их.
- Ты не знаешь, какой он человек. Не представляешь даже, на что он способен, ради достижения цели.
- Селифан не Максим. Он другой, не такой, ― сказала Эмма, с некоторым восхищением по отношению к Селифану.
- Хуже.
- Да что ты... Селифан просто пушистый, рядом с Максимом.
- Значит, он теперь ещё и пушистый? - придрался Роберт на те слова, которые больше всего его задевали.
- Я устала, Роберт. Ты даже не пытаешься понять меня. Мне деньги нужны и если я не достану их, хуже будет... и лучше уж я с Селифаном, чем непонятно с кем...
- Значит, так ты решила построить своё будущее?..
- Мне уже нельзя иначе, - сказала Эмма минуты три спустя. До этого она просто не в состоянии была что-либо сказать. Она не забыла ещё, какими они были только полтора года назад: простыми, искренними, имели по-детски наивные и чистые мысли, и Эмма ни о чём таком, что она только что сказала, даже вообразить себе не могла.
А суть мыслей, которые возникли у неё в голове в этот короткий промежуток молчания, заключался в одном только вопросе: как же всё так могло быстро перемениться?
Глава 14. Разговор
Начало февраля.
- Ну и зачем же стоило сюда тащиться, когда можно было обо всём поговорить там, в классе? - просила Эмма Селифана, недовольными глазами оглядывая помещение кафе, в котором они сидели прямо у окна на маленьком крайнем столике.
- Я не могу там говорить, - объяснил Селифан. - Ты же знаешь.
- Да? Это ты о Роберте? - недовольно напомнила она.
Эмме очень не нравилось то, что Селифан всегда беспокоился о том, что подумают о нём в школе. Она видела, как он старается изо всех сил следовать нормам морали и в то же время имеет желания, целиком противоречащие им. Эмма любила дразнить его, провоцировать на ответные действия, но Селифан всегда проявлял сдержанность. И хотя он уже перестал, как раньше, игнорировать её, держался на определённом расстоянии. Эмма не могла перешагнуть это расстояние, как ни старалась. И она ждала, что теперь уже он, наконец, скажет ей что-либо толковое. Больше ждать она не могла. У Эммы последний шанс оставался - последний срок оплаты долга подошёл. И Эмма не сумела больше отсрочить отплату ни на один день, даже за большие проценты.
- Я не о нём пришёл говорить, - сказал Селифан, - к тому же он мне не опасен.
- А что тогда? Что за стычки с Робертом?
- Какие ещё ...- Селифан не понимал, о чём речь, но по её недовольному выражению лица мог видеть, она, вероятно, говорит сейчас о чём-то очень важном для неё. Но Селифан никак не мог вспомнить никакую свою вину. Его недоумение было чисто естественным, не показным. А Эмма не поверила.
- За что ты ударил Роберта? - спросила она.
- Я?! Что за бред?
- Это не бред. А ты ещё и отрицать... да это низко, бить ребенка! - заявила она, вдруг взывая на его мудрость учителя, а так же указывая и на возраст. Эмма не смогла ничего больше придумать, чтобы защитить Роберта. "И пусть уж он посмеется над тем, что она называет Роберта ребенком, - решила Эмма. -Это всё равно лучше, чем позволить Селифану думать, что ему можно так обходиться с её друзьями".
