Я сказала Аммиану, что уеду рано утром, но вместо этого покинула прибежище Безликих еще глубокой ночью. Не хотелось прощаться с ним, да и вдруг бы он передумал и решил удержать меня силой. Взвалив свои скромные пожитки на спину лошади, я забежала на кухню в поисках пищи и, с жадностью проглотив холодный кусок мяса, который даже толком не прожевала, запила его водой. Схватив с полки хлеб, копченый окорок, головешку сыра и несколько фруктов, я мысленно простилась со своим временным прибежищем и помчалась к Лакийским горам. Если все будет благополучно, то уже послезавтра на закате я буду там. Еще пару дней займет переход. А там уже три дня бешеных скачек до Эсферона. Что буду делать в столице эмпатов, я, честно говоря, представления не имела. Главное как-то забрать Феню и предупредить мальчишек, что со мной все в порядке. Если конечно они еще в Эсфероне, в чем я весьма сомневаюсь. Думаю, Теора не очень-то обрадовалась столь длительному отсутствию друзей. Скорее всего, Ее Величество с нетерпением ждут возвращения сына. С не меньшим нетерпением неразлучную троицу ожидали недовольные учителя. Может, и Феня с ними? Но сколько я ни пыталась связаться с фениксом – все безрезультатно. И главное, была уверена, что с ним все в порядке, но установить связь никак не удавалось. И все из-за этого треклятого яда! Это из-за него я перестала слышать своего питомца. А он меня? Может, хоть он меня чувствует?
Дни тянулись мучитель долго. Однообразные пейзажи, мрачные деревни и такие же мрачные лица их жителей. Такое ощущение, будто они чувствовали надвигающуюся беду, но пока сами себе боялись в этом признаться. Что же касается меня, то я уже настолько привыкла к постоянным кошмарам, с безумной скоростью сменяющим друг друга, что смотрела на беспокойные лица этарцев отрешенно, не испытывая к ним ни сострадания, ни жалости. Да, с одной стороны это жестоко, но с другой… Этара была настолько пропитана чувством ненависти и жаждой мести, что мне иногда казалось, что самым лучшим для нее будет конец. Этот мир медленно умирал, раздираемый враждой и вечными распрями. И, по-моему, его уже ничто не спасет.
Сейчас восстанут эмпаты, желая отомстить за смерть Владыки, и прольется новая кровь. Кровь невинных и виновных. А новые убийства повлекут за собой новые войны, новый всплеск ненависти и желания мстить. И так бесконечно. Пока не умрет ее последний житель.
И виновных сейчас было глупо искать. Каждый из нас кого-то ненавидел, кого-то проклинал. Каждый стремился достичь одних ему ведомых целей. И каждый шел своей дорогой, затаптывая в грязь чужие судьбы и чужие мечты. У идущих по трупам смотреть под ноги считается дурным тоном? Я горько усмехнулась. Что ж, никто из нас туда и не смотрел. Мы просто шли. И вот, наконец, добрели.
Благополучно перебравшись через горы, я оказалась перед редким леском, с которого и начиналась территория эмпатов. Пора принимать дозу. Я отвертела крышку и несколько раз взболтнув «кровь», сделала большой глоток. Думала, буду чувствовать что-то похожее на то, что чувствовала, когда превращалась в эльфийку: учащенное сердцебиение, жар. Но все оказалось намного хуже. Меня вдруг затрясло, и я упала на землю как при эпилептическом припадке. Было очень больно и почему-то противно. Как будто на меня натягивали чужую кожу, предварительно содрав мою собственную. Не знаю, сколько я так провалялась, но, почувствовав, что боль отступает, поднялась и достала из сумки зеркальце.
Цвет волос остался прежним. Черты лица немного изменились. Глаза превратились в два огромных изумруда, подбородок стал немного острее, а на щеках заиграл розовый румянец. Я открыла рот и тут же его закрыла, с силой клацнув новоприобретенными клыками. На фоне белоснежного ряда зубов выделялись два аккуратненьких клычка идеальной формы. Я снова открыла и закрыла рот. Провела языком по зубам и довольно причмокнула. Подвигала челюстью. Странно, не мешают. А я все думала, как у них зубы смыкаются из-за этих клыков. Налюбовавшись своей искусственной челюстью, я спохватилась, что напрасно теряю время и, вскочив на лошадь, поскакала по лесной тропке навстречу первому патрулю. Если мне не изменяет память, они должны засесть где-то на окраине леса, ближе к первому поселению эмпатов. Ну что ж, вояки, встречайте соотечественницу!
Я правду расскажу такую,
что будет пострашнее лжи.
Уф, что-то мне нехорошо. Я слезла с лошади и опустилась на траву. В глазах потемнело, а по телу пробежала волна озноба, мириадами песчинок рассыпаясь по белой коже.
Прошло три дня, и вот на горизонте показались высокие стены Эсферона. Думала, ни за что не смогу преодолеть такое расстояние за столь короткий срок, но я выдержала. А теперь сидела на земле и не могла пошевелиться. Меня продолжало трясти, бросая то в жар, то в холод.
