Но мама её уже не слышала. Одним ударом она надела на вилы ближнего к ней вонючку. После этого, она, выбросив вилы, вместе с надетым на них бомжом, расставила руки в стороны, словно желая принять всех в свои объятья, побежала на бородатых мужиков. Удар вил в горло замедлил её, но не остановил, а вот последующий, очень сильный удар топором в лоб, прервал её движение. Резко опустив руки, она рухнула вперёд, придавив собой своего убийцу.
Не дожидаясь, пока Маша закончит свою истерику, Казимир закрыл дверь, быстро замкнул её, схватил девушку на руки и побежал в ту сторону, откуда, предположительно, его проволокли сюда несколько часов назад.
Та дверь, о порог которой Казимир разодрал штаны, была заперта, но окно, рядом с ней довольно легко открылось. Впихнув в него Машу, стараясь конечно, чтобы она не упала, он выбрался на улицу.
Свобода? Возможно. Но для начала нужно вспомнить свою бурную юность, когда приходилось быстро и главное долго бегать. А то, что придётся бежать, Казимир понял сразу, как только спрыгнул с подоконника. От того самого шлагбаума, в их сторону, бежали двое стражников. Возможно, это были именно те охранники, которые пленили Казимира, а может они просто похожие на них. По сути - какая разница, ведь те это или другие , а итог один - бегут они для того, чтобы убить их.
Схватив за руку и дёрнув, плачущую и стоящую, словно статуя Машу, Казимир побежал прочь от быстро приближающихся стражников.
Малевич удивился странной покорности девушки, которую он увлекал за собой. Он думал, что она не сможет бежать, что придётся нести её на руках, а в случае, если их догонят, принять, возможно, последний в своей жизни бой. Но она бежала, бежала довольно шустро, и расстояние от них, до преследователей сокращалось, но тут случилось совершенно непредвиденное. Из окон первого этажа, под которыми они только что пробежали, выпрыгнули четыре бородатых вонючки.
Количество преследователей резко увеличилось, но Казимир надеялся на то, что эти уксусоманы, не способны быстро бегать. Он просчитался. Несмотря на свой ужасный внешний вид, несмотря на свой образ жизни, эти четверо, довольно быстро сокращали и без того маленькое расстояние между ними и убегающей парочкой.
Спустя ещё пятьдесят метров бега, Казимир услышал немного сиплое, но ровное дыхание своих преследователей и ощутил вонь. Ээто означало, что им не удастся убежать, а придётся остановиться и принять бой.
Отпустив руку девушки, Казимир резко остановился, при этом разворачиваясь на месте, и перекладывая нож из левой руки в правую, прорабатывал в голове план будущего сражения.
С первым преследователем, который оказался рядом с Казимиром сразу после разворота, он очень легко справился. Противник практически сам налетел пузом на нож, не ожидая от Казимира такого манёвра. Второй, пытаясь остановиться, проехал по мелкому щебню полметра, и не удержавшись, упал на жопу. Бросившись к нему, Казимир успел дотянуться ножом до его груди, и после точного удара в сердце, выдёргивая нож, упал на землю и перекатился в сторону. В этот момент, над ним, выставив ногу вперёд, словно ниндзя, пролетел третий бомж. А Казимир, уже вскочив на ноги, и не обращая внимания на этого прыгуна, бросился на четвертого преследователя. Этот оказался более успешным, чем два его мёртвых друга, и успел заранее остановиться, достать нож и встать в стойку. Медлить было нельзя, не дожидаясь, пока ниндзя зайдёт ему со спины, а те двое стражников, что отстали от них почти на сотню метров, успеют подбежать, Малевич атаковал четвёртого бомжа. Казимир сделал три быстрых, но безрезультатных выпада, а после этого, просто швырнул в бомжа нож. Бросок удался. Нож попал в горло вонючки, от чего тот замер и, выпустив из рук свой нож, схватился за шею. Метнувшись к земле, чтобы подобрать выпавший из руки бомжа, Казимир спас себе жизнь. В момент, когда он сгибался, бомж-ниндзя наносил колющий удар в спину Малевича. Не дотянувшись первым ударом, бомж попытался наброситься сверху на Казимира, но внезапно дёрнулся, ойкнул, и начал медленно разворачиваться, заводя через верх руки себе за спину, пытаясь до чего-то ими дотянуться.
В его спине, между лопаток, торчал нож, любезно вонзённый Машей, которая отойдя от шока, бросилась помогать Казимиру.
- Молодец, девочка моя, - ласково произнёс Казимир. - А теперь бежим.
Но продолжения бегства не получилось. Поднявшись и сделав пару шагов, Малевич неудачно поставил ногу на землю и на ровном месте оступился, подвернув ногу.
- Сука! - больше от злости на себя, чем от боли, закричал Казимир и, поняв, что не сможет бежать, начал быстро инструктировать Машу. - Беги в город, к жд переезду, потом по Шоссейной улице, до самого конца, там, будет прогулок перегороженный забором - это и есть наше Лукоморье. Скажи что ты от Казимира, они примут тебя. И ещё скажи, что Арслан сука и предал их. Всё ясно?
Маша молчала. Улыбалась и молчала.
- Не стой! - закричал Казимир. - Беги!
