Отец что-то знал о рыбалке, но обычно ему постоянно мешали мальчишки. Я помогал распутывать всё это – кажется, часами занимаюсь ерундой, пока они перебрасываются взглядами. Сегодня они оба поймают парочку краппи, после передерутся…
Мы с Трикси в их возрасте тоже постоянно дрались.
- Папа, - обычно ноет старший. – Тут так скучно! Пойдём отсюда! Пойдём!
- Да! – вторит ему младший. – И здесь так воняет, просто фу-у-у!
Спустя несколько минут возни с детьми папа обычно уступает, и Джон поднимает якорь.
Поездка на берег не заняла бы столько времени, но лодка Джона буквально застывает, стоит ему только узреть рыб, что ныряют и всплывают обратно.
В моменты вроде этого, когда я оказываюсь на озере, можно притворяться, что ничего не изменилось – всё то же солнце, розы и дерьмо. Но это ненадолго. Я не мог прожить всю свою жизнь на лодке посреди озера Хальчион.
Я скучаю по своей сестре. Да, мы много дрались. Да, она в большинстве случаев меня бесила. Но каждый день без неё был попросту отстойным…
3 · Люси
После обеда мы с Эмили отправились в дом. Такой себе немного перекошенный, окружённый большим приусадебным участком, с кривыми фанерными стенами и остроконечной крышей. Её отец, Джон, и его брат, отец Трикси том, выстроили этот домик на дереве, будучи детьми, но с той поры, кажется, решили не вмешиваться в ровность постройки.
Нога моя скользнула по дереву, но я лишь глубоко вздохнула и продолжила подниматься. Ничего страшного, уже сотню раз проходили! Кажется, если пожелаю – и на огненную башню залезу. Так что, надо просто крепко держаться за дерево.
Эмили уже расстелила на полу игру, когда я взобралась на платформу. Пришлось устроиться напротив неё – отсюда я могла увидеть и холм, и Бена, когда он будет подниматься с озера. Сердце привычно содрогнулось – разрушенное и сгоревшее.
Бен был первым парнем, которого я когда-либо любила. Да что там! Единственным, кого я когда-либо любила.
Мой первый поцелуй.
Я всегда думала, что в этом будет замешана Трикси, Трикси будет рядом, Трикси, что с каждым днём наблюдала за тем, как я влюблялась в её брата. Но этого не случилось.
Эмили никак не была связана с воспоминанием о дне смерти Трикси.
Нас тогда было четверо – я, Трикси, Бен и Клейтон, - и мы как раз были в воде. Сильно жгло солнце. Я, сонная и туманная, влюблённая в парня, что лежал рядом – так близко, что наши руки почти соприкасались.
- Так жарко, - промолвила Трикси, усаживаясь рядом со мной. – А давайте поплывём на остров…
- Не-е-ет! – возмутился Бен. – Уйди, я сплю.
- Ты не спишь, - ответила Трикси. – Уверена в этом! Вот Клейтон, он спит. Вот, послушай, как храпит…
Я не открыла глаза. Наверное, веки уже сгорели от солнца. Как хочется остаться с Беном наедине… Ради этого я готова провести здесь весь день.
Трикси меня плыть на остров не просит. Она в курсе, как сильно я ненавижу эти сорняки, что появляются из ниоткуда. Да и на плоту мне плыть тяжело.
- Ну, может, мы хоть домой пойдём? – спросила она.
Теперь села уже я. Подалась к ней вперёд, поджала колени к груди.
- Нет, - прошептала я. – Я не готова отправляться домой.
Она подмигнула мне, а после толкнула Клейтона ногой.
- Клей, идёшь со мной на остров?
Мой брат вскочил на месте.
- Что? Что я пропустил? Ты уже вознамерилась свести меня с ума? - он отложил в сторону шнур и прыгнул в воду пушечным ядром, обрызгав всё на свете. Вода освежает – даже моя кожа на миг перестала жечь.
- Что за прекрасный день! – он наклонился ко мне и прошептал. – Будь хорошей девочкой, Люси, обещай мне.
- Обещаю, - отозвалась я.
Трикси нырнула в озеро. Мы с Беном всё спорили, и я слышала и наше дыхание, и наши сердца, и шум озера, брызги, смех…
Бен сел.
Протянул руку, дёрнул меня за мой конский хвост.
А после провёл ладонью по моей руке. Я задохнулась, чувствуя, что дрожь прогнала прочь даже жаркое-жаркое солнце.
- Лулу, - промолвил он. – Посмотри на меня.
Но я не сделала этого. Просто не смогла.
Я задержала дыхание, а Бен вновь коснулся моей руки указательным пальцем.
- Лулу, мне хотелось бы знать…
Его прервал доносящийся с озера крик Клейтона.
Бен прыгнул в воду, поплыл к Клею – туда, где должна быть Трикси. Бен кричал, звал её, но я не могла ни её увидеть, ни позвать на помощь. Рыдая, выскочила на берег, и женщина положила полотенце на мои плечи, сказала, что уже позвонила 911, сказала, что я должна дышать.
Вдох.
Я никогда не рассказывала об этом Эмили, но когда-то смогу. Когда-то она захочет узнать каждую печальную деталь, а не только счастливые, но такие глупые истории о двух растущих девочках.
Когда Тами вернулась домой с кучей поручений, на подъездной дорожке автомобиля Бена больше не было. Она спросила, не хочу ли я домой, потому что было довольно холодно, но я ответила ей, что отправлюсь с мамой.
- Тебе повезёт, если в тебя не швырнут фартуком и не потребуют работать, - сказала Тами. – Твоя мама говорила, Рита уходит.
Я закатила глаза.
