– Даже если вам как-то удастся сбежать и привести остальных, все равно к тому времени будет поздно.
– В каком смысле – «поздно»?
– Видите этот маленький черный ящик? – Он указывает на прибор, прикрепленный к наборной панели сейфа. – «Лок-Мастер три тысячи». Чудо инженерной мысли. Имеется в свободной продаже по цене, сопоставимой с ценой хорошего ноутбука. Предназначен для сброса кодовой комбинации из четырех цифр и создания нового кода. Обычно на всю процедуру уходит не больше десяти минут. Здешние сейфы взломать чуть сложнее, видимо, потому, что «Тет» развивает космический туризм и надеется на влиятельных и богатых клиентов, но в итоге «Лок-Мастер» справится. Может быть, минут за двадцать или даже за полчаса, но он сделает свое дело.
– Я вернусь раньше, чем через полчаса. И вернусь не одна.
Уинстон задумчиво чешет подбородок.
– Если предположить, что я дам вам уйти. Думается, с вашей стороны это вполне закономерное предположение – как действующий сенатор США вы привыкли ходить где угодно и когда угодно, – но в данном случае это не так. Мне не хотелось бы выступать в роли Снидли Хлыста[10], дорогуша, но я вас не выпущу из этой комнаты, пока не доберусь до пульта управления. А уж когда доберусь… Боже правый! Кто знает, что будет дальше?
Когда Гвенди слышит слова «пульт управления» из уст Гарета Уинстона, ей становится дурно, она всерьез опасается лишиться чувств.
– Что вам известно о пульте управления?
– Не так уж и много. Но я рассчитываю на вас. Вы меня просветите.
– Никогда в жизни, – говорит она.
Он улыбается.
– Вы сейчас говорите, как настоящая героиня в кино, но я думаю, вы все расскажете как миленькая.
– Давайте сразу по существу, Уинстон. Вот мы сидим, ждем, когда ваш черный приборчик взломает код. Сейф открывается, вы забираете пульт – и что дальше?
– Дальше с вами произойдет фатальный несчастный случай. Если пульт этого не обеспечит, у меня есть свои средства.
Гвенди невесело усмехается.
– И все об этом узнают, Уинстон. Господи, я уже представляю, как это будет. Вас посадят в тюрьму – не в какую-то тюрьму штата, а в федеральную тюрьму, – и скорее всего пожизненно.
– Это вряд ли, – говорит Уинстон и так энергично трясет головой, что его щеки колышутся, как желе. – Многие на борту подозревают, что вы… Как бы поделикатнее сказать? Скорбны рассудком.
– Тест на умственные способности…
– Сэм Дринкуотер и Дэйв Грейвс считают, что вы как-то схитрили. Вы показали слишком высокие результаты.
– Я теряю рассудок, но мне все равно хватает ума хитрить?
Гарет фыркает.
– Вы сейчас в точности описали большинство ваших коллег в конгрессе и сенате, не говоря уже о самом президенте: ума хватает как раз только на то, чтобы хитрить. Но не будем касаться политики. Вернемся конкретно к вам. Смерть в результате несчастного случая – это, конечно, большая трагедия. Вся страна будет скорбеть. Вы станете национальным героем, может быть, ваш портрет напечатают на почтовой марке, а также на миллионах футболок. Но никто особенно не удивится. Я бы даже сказал, вовсе не удивится. Настолько серьезные умственные проблемы, что вам пришлось пройти тест? Я даже не удивлюсь, если кто-то из руководства «Тет корпорейшн» лишится своих должностей в результате последующего разбирательства. В СМИ наверняка скажут, что ваше умственное расстройство должно было проявиться гораздо раньше и что кто-то его прозевал. Несомненно, среди виноватых окажется и доктор Глен.
– Я отправила электронные письма, – говорит Гвенди, указав на ноутбук на журнальном столике. – Мои друзья из высших правительственных кругов знают о вас, Уинни. Например, они знают, что вы украли код от сейфового чемоданчика.
Самодовольная улыбочка стирается с лица Уинстона. Такую возможность он не учел.
– Подозрения – это одно, но подозрения надо еще подкрепить доказательствами. Что практически невозможно, когда нет свидетелей.
Он вынимает из кармана какой-то мелкий предмет и демонстрирует его Гвенди. Похоже на тюбик губной помады, такого же ослепительно-яркого зеленого цвета, каким был «крайслер» на видеозаписи из Дерри. Неестественно яркого цвета. В прямом смысле слова режущего глаза.
– Эту штучку мне дал один очень хороший друг. Понятия не имею, из чего она сделана, но скажу вот что: она не отслеживается никакими детекторами современных систем безопасности. Внутри – смертельное вещество. Направляешь трубку на цель и крутишь колечко у основания. Одна доза аэрозоля – и все твои внутренности превращаются в желе. Если потребуется, вещества в этом баллончике хватит на весь экипаж.
– И как вы вернетесь на Землю? Поведете корабль сами? – говорит Гвенди и, не сдержавшись, язвительно добавляет: – Ваш блондинистый друг научил вас управлять космическим кораблем?
Она даже не успевает понять, что произошло, а Уинстон уже прижимает ее к спинке дивана и давит мясистым предплечьем ей на горло. В его глазах бушует гроза, и на один жуткий миг у нее возникает уверенность, что он убьет ее прямо сейчас.
– Откуда ты знаешь о Бобби?
