Вещественные доказательства, в частности бланки распоряжений о сделках, представленные гособвинением (Пинки уже вывела документы на монитор), свидетельствуют, что Анаит Турчинова продавала акции «ПТ», как свои, так и своих клиентов,
Я должен с сожалением констатировать, леди и джентльмены, тот печальный факт, что гособвинение не изучило это дело должным образом. Федеральному прокурору и его людям так не терпелось вытащить Джилу Хартунг на свидетельскую кафедру, что они позволили юристам «Уолл-стрит Джорнэл» устроить им обструкцию. Как вы сами видели, Джила Хартунг, как и все журналисты, всячески сопротивлялась требованию раскрыть свои источники информации. И вы помните, как юристы бросились на ее защиту, пытаясь помочь ей добиться своей цели и утаить, откуда она получила важные сведения. Они были здесь, перед вами – трое юристов из Нью-Йорка, с Уолл-стрит, которые приехали для того, чтобы поприсутствовать при даче показаний одним из свидетелей по делу. Неутомимые специалисты своего дела, но при этом очень непослушные, так сказать, недисциплинированные. Пытающиеся толковать закон в своих интересах, не желающие подчиняться даже судье Клонски. Настоящие обструкционисты. А мистер Мозес Эпплтон и мистер Фелд вместо того, чтобы занять по отношению к ним жесткую позицию, решили, что для них главное – добиться того, чтобы Джила Хартунг со свидетельской кафедры дала показания по поводу своей беседы с Кирилом Пафко, якобы уличающей его в преступлении. Впрочем, я вынужден констатировать, что представители гособвинения не сделали и много другого…
До тех пор, пока мы на ваших глазах не обнажили правду, они не знали и не пытались, несмотря на свои огромные полномочия, выяснить, что, оказывается, источником информации Джилы Хартунг являлись Неукриссы. И, поскольку прокурору и его команде не было об этом известно, они ничего не сделали для того, чтобы заставить Неукриссов отвечать на вопросы. А первым и самым важным вопросом, который им следовало бы задать, является следующий: «Кто рассказал вам про «Джи-Ливиа»?» Вместо этого представители гособвинения приняли лживые показания Иннис Макви за чистую монету.
Что ж, уважаемые присяжные заседатели, попробую еще раз представить возможный диалог между вами и мной. «Вы правы, Сэнди, – скажете вы. – Юристы с Уолл-стрит переиграли обвинителей. Прокуроры так и не разобрались до конца в деле, хотя должны были это сделать еще до начала судебного процесса. Но какое все это имеет отношение к инсайдерской торговле?» Я вам отвечу: «Самое прямое. Неукриссы живут здесь, в округе Киндл». – Стерн делает знак Пинки, и та выводит на монитор документы об отказе от права на конфиденциальность медицинской информации. Они подписаны представителями наследников умерших пациентов, которые стали клиентами Неукриссов. – Вы видите адрес конторы Неукриссов на письмах об отказе от конфиденциальности. Неукриссы говорили о проблемах с «Джи-Ливиа» с Иннис Макви. Могли ли сведения об этих проблемах от них – или от Джилы Хартунг – дойти до Анаит Турчиновой? Информация подобного рода – а ведь «Уолл-стрит Джорнэл» намеревалась опубликовать новость, после которой котировки акций «ПТ» должны были обрушиться, – утекает с такой же легкостью, как ртуть, даже через самую крохотную щелочку. И она вполне могла стать известна Анаит Турчиновой. Помните об одном очень важном моменте. Вспомните, о чем говорилось на фирменных бланках фирмы Неукриссов. Смысл документов об отказе от конфиденциальности сводился к следующему: сведения о том, что в ходе клинических испытаний некоторые пациенты внезапно умерли,
