– Новгород не хочет с тобой ссоры, Ульф-ярл, – пробормотал толстяк. – Но, наверное, тебе и впрямь лучше уйти. Князя Рюрика здесь нет. Он ушел на юг. Ищи его там. А переночевать можешь в его городке. Сотник Синко – мой зять. Скажи ему, что Должан велел принять вас с почетом.
Турбой открыл было рот, но поглядел на мою руку на мече и промолчал.
– Что ж, Должан, я тебя услышал и сделаю, как ты сказал. Надеюсь, никто не умрет из-за спеси этого недоумка, – я кивнул на Турбоя. – Надеюсь, но не уверен. Так что пусть Новгород побережется.
– Ты сам… – не выдержал Турбой.
Слеза выпрыгнула из ножен и уткнулась ему в пах.
Сопровождающие дружинники схватились за оружие. За моей спиной скрипнули луки.
– Не стрелять! – Я поднял левую руку. – Так хочется охолостить кабанчика, – задушевно сообщил я. – Но повременю пока. Приберегу удовольствие. Учти, – перевел взгляд на Должана. – Я вас предупредил.
Убрал меч, повернулся и по подставленному веслу взбежал на палубу.
– Почему ты ему спустил? – проворчал Медвежонок.
– Потому что я не люблю этот город. И думаю, что такой наместник будет ему в самый раз.
– Ты знаешь, что делаешь, – согласился брат. – Но то, что он пропустил Скульда, но не тебя, – это оскорбительно.
– Это как раз хорошо, – возразил я. – Будь мы вместе, нам пришлось бы отвечать за то, что сделает Скульд. А теперь за это отвечает Турбой.
– А что он может сделать? – Свартхёвди поскреб бороду.
– Откуда я знаю? Но сделает точно. Его берсерки еще в Ладоге по сторонам зыркали: искали, кого бы порешить. Но там были мы с тобой, и мы держали их в узде. А здесь… Ладно, это уже не наше дело. Весла на воду. Солнце садится, а мы еще не ужинали.
Меня разбудили крики.
Что за… На нас напали?
Не похоже. Просто переполох какой-то.
Я поймал за руку Зарю, кинувшуюся к луку.
– Не суетись! Оденься.
Покраснела. Потянулась к рубахе.
Хотя чего тут смущаться? Хорошие у нее рефлексы. Воинские.
Пара минут у нас наверняка есть. А больше и не требуется.
В городище суета. Но суетились в основном местные. Мои, кто уже собрался, стояли молча. Наблюдали. Значит, с кораблями нашими все в порядке и на городище никто не напал. Ладно. Сейчас выясним.
– Виги! Что стряслось? Знаешь?
Вихорёк, как я и ожидал, оказался в курсе.
– Гонец из города прискакал. Скульд учудил. Напал на Новгород.
Напал, ага. Впустили козла в огород.
Я ухмыльнулся. Что ж, Рюриков наместник и впрямь сделал «правильный» выбор, предпочтя Сигурдова ярла мне. Теперь пусть расхлебывает.
Мои бойцы, те, что ночевали на берегу, постепенно скапливались вокруг. Ждали моего решения.
– Ульф-ярл!
Сотник Синко. Полностью экипированный.
– Мне нужны твои корабли, Ульф-ярл!
Угу. И еще мешок золота. Но будем вежливыми. Ведь, в отличие от наместника, Синко не указал мне на дверь и даже ужином покормил.
– Сколько у тебя людей? – поинтересовался я.
– Сотня!
– Ой ли?
– Ну, поменьше немного, – Синко смутился было, но тут же воспрял: – Сколько ни есть, а лишними не будут!
– Уверен?
Видел я его людей. Опытной гриди от силы десяток. Остальные так, молодая поросль. Даже на дренга не тянут. Пяти Скульдовых головорезов хватит на всех с лихвой.
– Что гонец сказал?
– Что нурманы пришлые грабят и людей бьют!
– Только пришлые?
В Новгороде наверняка хватает скандинавского племени и без Сутулого. Насколько мне известно, там аж три двора имеется. Один – чисто свейский, остальные – смешанные.
Присоединились ли к убийцам Сутулого местные скандинавы, Синко не знал. Он вообще ничего не знал. Прискакал парнишка в городище. Спасите-помогите! Княжье же! А князь помогать должен!
Князь бы и помог. Вот только ни князя, ни дружины в городище не было. Синкова сотня – это несерьезно. Тем более в Новгороде аж целый наместник княжий сидит, чтоб его понос пробрал.
Синко аж приплясывал от нетерпения, но я не торопился. Зачем влезать в чужой замес, да еще там, где мне «не рады»?
– У Турбоя свои люди есть? – поинтересовался я.
Оказалось, есть. С полсотни. Причем не столько княжьих, сколько его собственных. Тех, кто под ним еще при Водимире ходил и выжить ухитрился.
Имелись бойцы и у городской старши́ны. И у купцов посолиднее. И у постоянно проживающих «неграждан». Опять-таки ополчение новгородское, которое тоже кое-чего стоило. Также имелся выборный тысяцкий, который хоть и был по статусу вождем мирным (военным считался князь), но муж был вполне боевой. Любор Удалыч. Этот еще в старом Городе в воеводах ходил и, что характерно, не под Водимиром, а рулил городским ополчением.
Получается, имелся в Новгороде собственный воинский контингент, и приличный. Но если Скульд напал внезапно, то у местных – никаких шансов. Восемь сотен отборных викингов плюс берсерки. Нет, в такой игре недосотня Синко погоды не сделает. Вот мои бойцы – да, мы можем. Но не будем. По крайней мере, пока я не пойму, что происходит.
– Что скалитесь? – поинтересовался я у своих спутников, Медвежонка, Скиди, Стюрмира и Витмида, слушавших наш разговор.
– Добычей пахнет, – пояснил мой братец.
