Это легче сказать, чем сделать. Малфас жил в страхе, что Итзэль или кто-то другой придёт искать его. Представить страшно, что они сделают, если найдут его здесь.
С ней.
Для людей это обернётся катастрофой. Особенно, если собратья-демоны поймут причину, побудившую его бросить всё.
Лиллиана.
С ней расправятся мгновенно. Даже ради того, чтобы заставить Малфаса вернуться домой. Лисиа убьёт её из чистой ревности. Хотя между ним и демоницей нет никаких настоящих чувств. Из чистой злобы и уязвлённого самолюбия она захочет оторвать Лил голову.
«Тогда я прикончу стерву. И буду надеяться, что прежде Лисия не убьёт мою любимую».
И все же, эта маленькая ферма принесла ему больше счастья, чем Малфас мог вообразить.
«Где мне найти сил, чтобы уйти? Оставить её?»
Движение внизу привлекло его внимание. Лил шла к колодцу за водой. От её вида в бледно-зелёном платье у него сердце учащённо забилось. Она самое прекрасное создание на свете.
Офелес прочистил горло.
― Ты знаешь Фолоса?
― Морщинистый жалкий бродяга с деревни? Я пару раз с ним виделся.
― Он просил у меня руки Лилли.
Малфас застыл, ощущая знакомую ярость, пускающую корни в душе. Вспышка жара пронеслась по венам, достигая глаз, меняя их цвет.
Офелес отпрянул.
― Я отказал ему.
― Хорошо. ― Малфас услышал сталь в собственном голосе, которая не предвещала ничего хорошего для других.
― Я не хотел расстраивать тебя, Калеб. А рассказал об этом лишь для того, чтобы ты понимал, она привлекла не только твоё внимание, но и других.
«Все они могут поцеловать меня...»
― Калеб? ― голос Лиллианы прорвался сквозь пелену сознания, словно она почувствовала ход его мыслей.
― Да, любимая? ― окликнул он её.
Она послала ему воздушный поцелуй.
― Хотела, чтобы ты знал, я по тебе скучаю.
Этот жест…
Словами не передать, что он с ним сделал. Заставил почувствовать. В этом и сокрыта её истинная красота. Лиллиана могла ослабить его одним лишь взглядом. Хорошо, что никто другой не мог так легко сделать его столь беспомощным.
Офелес толкнул его локтем.
― Я с таким же выражением лица смотрел на её мать. Как бы грустно мне не было думать о том, что моя дочь с мужчиной, предпочтительней, что рядом с ней окажется тот, кто будет дорожить ею, а не тот, кто ищет бесплатную прислугу по дому, которая будет рожать ему детей. Лиллиана заслуживает кого-то, кто знает, насколько она особенная.
Всё верно. Малфас не мог этого отрицать.
Не говоря ни слова, он спустился с крыши и направился за ней.
Лиллиана в доме наливала воду в бочок. Он подкрался к ней сзади и прижал к груди.
― Пусть это будет Калеб, а иначе... ― Её возмущённый тон вызвал у него улыбку.
― Это я. Любого другого я разорвал бы на куски.
Смеясь, она обхватила ладошками его лицо, а он провёл носом по её шее.
― Нужно быть осторожным. Папа точно сейчас придёт следом.
― Без сомнения, но думаю, он даст нам несколько мгновений уединения.
― С чего ты взял?
Малфас обошёл вокруг и встал перед ней.
― Потому что я пришёл попросить твоей руки.
Лиллиана смотрела на него, не уверенная, правильно ли она расслышала.
― Что?
Взяв её за руку, он нежно поцеловал ладонь.
― Выходи за меня замуж, малышка. Сделай меня самым счастливым демоном из когда-либо рождённых.
У неё пропал дар речи от переполнявшего душу счастья. Лиллиана рассмеялась и кивнула, а потом бросилась к нему на шею и крепко обняла.
Смеясь, Калеб поднял её на руки и закружил.
Дверь открылась.
Находясь в объятиях Калеба, Лиллиана увидела, как отец качает головой.
― Я так понимаю, ты сделал ей предложение.
Калеб поставил её на ноги перед собой. Но продолжил баюкать в своих объятиях.
― Верно, сделал.
― Судя по её счастливому виду, моя дочь согласилась.
Лиллиана смахнула предательскую слезу.
― Конечно, согласилась.
― Хорошо. Значит, я не буду наблюдать за твоей хандрой всякий раз, когда Калеб уходит в сарай. Итак, когда планируете провести церемонию?
Улыбаясь, она откинула локон со лба Калеба.
― На солнцестояние.
Калеб нахмурился, охваченный дурным предчувствием.
― Почему тогда?
― Это ознаменование нового года. Новых начинаний. Возрождений. Всех замечательный праздников. Разве это не лучший день для свадьбы и начала нашей совместной жизни?
Калеб заметно поёжился.
― Это самая длинная ночь в году. Порталы открыты. Зло может бродить по этому миру. Похоже, мы искушаем судьбу.
Она цыкнула на него.
― А ты оптимист, да?
Малфас хотел возразить, но знал, как сильно она хочет провести обряд в этот день. Как он мог отказать ей в чем-либо, особенно в такой малости?
И всё же, он ненавидел солнцестояние. Слишком многие демоны использовали эти сутки в своих интересах и охоте на людей.
Но если это доставит ей радость…
― Ну что тут сказать, Лил? Я могу измениться, но не настолько. Могу же я сохранить кое-что из своих старых привычек. Иначе в какой-то момент ты меня не узнаешь и уйдёшь к другому, приняв того за меня.
