— Он хороший повар?
— Лучше меня. А ты хорошо готовишь?
— Мне это нравится, — говорит Изабелла. — И я
— А, так ты пекарь-энтузиаст. Хороший?
— Отличный, — с уверенностью говорит она. — Я пеку лучшее печенье в стране.
Я киваю на ее живот.
— Этот ребенок — счастливчик. Его мама печет лучшее печенье в мире.
— В стране, — поправляет она, усмехаясь. — Мир — это немножко перебор.
— Не-а, — говорю я. — Твой ребенок будет думать, что оно лучшее в мире. И важно только его мнение.
Изабелла тепло улыбается. Она опускает взгляд на живот, выводя на нем круги правой рукой. Наконец она поднимает глаза и делает глубокий вдох.
— Спасибо, Харпер. Думаю, теперь я готова к нашему интервью.
— Да? Отлично. Рэйчел, сколько у нас осталось времени по графику?
Рэйчел проверяет свои часы.
— Твое вышло восемь минут назад.
— Значит, времени полно, — заявляю я, после чего обращаюсь к Изабелле в серьезном тоне. — Надеюсь, ты готова к этим новаторским вопросам.
Она мне ухмыляется.
— Я в нетерпении.
— И правильно. Первый тебя просто потрясет. Спорим, сегодня никто тебя об этом еще не спрашивал?
Она хихикает, ерзает в кресле, чтобы сесть поудобнее, и кладет сцепленные руки на колени. Я тянусь к диктофону и нажимаю кнопку «Запись», прочищая горло.
— Итак, Изабелла Блоссом, что привлекло тебя в этой роли?
— Харпер, подожди! — окликает меня Рэйчел, и ее голос отражается от стен вестибюля в «Кларидже».
Я поворачиваюсь и вижу, как она бежит ко мне (а на каблуках это настоящий подвиг).
— Что я забыла? — спрашиваю я, на автомате перепроверяя сумку на плече.
— Нет-нет, ничего, — говорит она. — Я просто хотела поблагодарить тебя за это интервью. Ты правда помогла Изабелле успокоиться, учитывая всю эту историю с Элайджей…
— Рэйчел, не стоит волноваться. Я обещала.
— Я знаю, но все равно хотела сказать тебе спасибо, — настаивает она. — Изабелла тоже.
— Она уже. Передай, что интервью вышло отличное. И не переживай насчет сокращенного времени. Я понимаю, что у тебя еще много людей.
Рэйчел поднимает руки, чтобы остановить меня.
— Она хочет дать тебе эксклюзив о ребенке.
Я хлопаю глазами.
— Что?
— Изабелла Блоссом хочет дать тебе эксклюзив, когда родится ее ребенок, — уточняет Рэйчел. — Ты можешь первой сообщить миру пол и имя, напечатать первые фото и так далее. Она даст тебе эксклюзивные права. Никаких релизов и постов в соцсетях, пока не выйдет твоя статья.
— Ты… ты шутишь.
— Нет.
— Но разве она не хочет отдать эти права журналу, который заплатит ей приличную сумму? Или какому-нибудь ежемесячному глянцу, который устроит ей большую съемку с известным фотографом, приглашенным из ЛА?
Рэйчел трясет головой.
— Она не хочет всего этого. Она хочет, чтобы у тебя, Харпер Дженкинс, был эксклюзив. И она непреклонна.
Я пялюсь на Рэйчел.
— Вау! Не знаю, что и сказать! Такая честь для меня.
— Еще раз спасибо за сегодня, Харпер, и дай мне знать, когда выйдет статья об этом фильме. Пришлешь пдф?
— Конечно, — киваю я.
Она смотрит на часы.
— Мне пора возвращаться. Мы сильно отстаем. Я буду на связи, и до скорой встречи!
Поцеловав меня в щеку на прощание, она бежит к лифту.
— Рэйчел, — зову я, и она, нажав кнопку вызова, поворачивается. — Спасибо.
— Я здесь ни при чем, Харпер, — отвечает она, заходя в лифт. — Это все ты.
Во время ужина мне звонит папа.
Я не беру трубку, но Лиам замечает выражение моего лица при виде входящего звонка, мигающего на экране.
— Прости, — говорю я, переворачиваю телефон экраном вниз и отодвигаю его. — Нужно было проверить, вдруг это Шамари. Ты же знаешь агента Одри Эббот? Я все еще жду звонка, чтобы узнать, получилось ли у нее договориться насчет интервью. Скрестим пальцы!
— Да ладно. — Лиам с любопытством наблюдает за мной, пережевывая еду. — Ты нечасто говоришь о родителях.
— Нечего особо говорить.
— Ты ничего не рассказывала ни о них, ни о сестре, — комментирует он, глотая. — О моей семье ты все знаешь.
— Я рассказала достаточно. У меня двое родителей и старшая сестра Джулиет. Вот, пожалуйста.
Он поднимает свой бокал с белым вином, задумчиво его вращая.
— Да, но какие они? Я знаю только то, что они юристы, и все. Каждый раз, когда я у тебя что-нибудь о них спрашиваю, ты меняешь тему.
Я изображаю удивление.
— Правда?
Лиам склоняет голову набок.
— Ты не хочешь о них говорить.
— Я не то чтобы не хочу о них говорить, — вздыхаю я. — Просто… Не знаю. Ладно, может, я не хочу о них говорить.
— Ты рассказала им обо мне? — спрашивает Лиам выжидающе.
Я сомневаюсь и подумываю соврать, но решаю быть честной, чтобы потом не попасться.
— Нет. Но дело не в тебе. Моя семья… Мы не так часто общаемся, так что возможности еще не представилось. — Я беру свой бокал и делаю два больших глотка вина. — Давай сменим тему.
— Хорошо. — Он набирает немного риса на вилку. — Так что, как тебе Изабелла Блоссом в жизни? Она довольна своим нынешним агентом? И кстати об этом, нужно дать тебе своих визиток. Я сегодня получил весьма многообещающее письмо от музыканта, который начинает набирать популярность в ТикТоке…
