Последнее слово полностью

Я вежливо и тактично расстанусь с Лиамом, а потом поеду домой, приму ванну и приведу мысли в порядок. Как только я пойму, что именно хочу сказать Райану, я напишу ему сообщение и приду, чтобы мы могли все обсудить.

Это разумный и взрослый план.

Я иду к дому Лиама, и меня начинает тошнить от нервов. Расставание — это кошмарно, и я очень не хочу причинить ему боль. Он ни в чем не виноват, это полностью моя вина, и я могу только надеяться, что со временем он поймет: нам не суждено быть вместе. Даже если бы в моей жизни не появился Райан, у нас с Лиамом ничего бы не вышло. Тот благотворительный бал открыл мне глаза, и, честно говоря, мне совершенно не понравилось, как Лиам пытался влезть в мои деловые отношения. Это расставание будет к лучшему.

Как раз когда я оказываюсь у дома, из его подъезда кто-то выходит, так что я придерживаю дверь; теперь не придется звонить, чтобы Лиам меня впустил. Я с опаской начинаю подниматься по лестнице, размышляя, дома ли он вообще. Он говорил, что собирается сегодня над чем-то поработать с «Хало Скюд», но мог уже прийти со встречи. А если нет, возможно, дома его сосед, так что я подожду, пока он вернется.

Я поднимаюсь на его этаж и медленно иду по коридору, пытаясь сосредоточиться на том, что именно сейчас скажу. Сердце колотится о грудную клетку. Легких расставаний не бывает, так что мне нужно просто сохранять спокойствие.

Уже у двери я слышу, как из квартиры доносится музыка, и тут же ощущаю ужас. Он наверняка дома. «Именно этого ты хочешь, — напоминаю я себе, — хорошо, что он дома». Это как содрать пластырь. Неприятно и больно, но необходимо.

Я поднимаю руку, чтобы постучать, но останавливаюсь, когда слышу сквозь музыку чей-то голос. Кто-то смеется, но это не Лиам и не его сосед.

Это женщина.

Вскоре к ее пронзительному хихиканью присоединяется громкий смех Лиама, который я тут же узнаю. Я еще немного медлю и, повернув голову, прикладываю ухо к двери. Вслушавшись в их приглушенный разговор, который то и дело перекрывает гитарная музыка и чье-то хриплое пение, я почти наверняка понимаю, что в квартире только двое. Спустя некоторое время голоса утихают, и теперь я слышу лишь музыку. Очевидно, по какой-то причине их разговор подошел к концу.

Интересно.

Сделав глубокий вдох, я стучу в дверь.

Раздаются шаги, и дверь распахивается. В проеме стоит Лиам в одних пижамных штанах. Его волосы взъерошены и торчат в разные стороны, а на губах заметен след розового, явно оставшийся от чьей-то помады. Когда он открывает дверь и видит, что за ней стою я, его глаза расширяются от ужаса.

— Х-Харпер, — бормочет он.

Он начинает говорить что-то еще, но я прохожу мимо него в квартиру и замечаю на диване черноволосую женщину в потрясающем комплекте кружевного бирюзового белья и в рубашке Лиама, накинутой поверх. Она держит в руках недопитую бутылку пива и, как только я вхожу, садится по струнке, пытаясь как можно скорее прикрыть рубашкой грудь. Я вспоминаю, что видела ее на благотворительном балу — именно с ней Лиам ушел тогда.

— Харпер, это не то, что ты подумала, — заявляет Лиам, шлепая босыми ногами позади меня. — Это Бьянка, солистка «Хало Скюд». Я же тебе говорил, мы сегодня работали над всякими делами для группы, а потом… эм-м… мы подумали… решили…

— Заняться сексом? — заканчиваю я за него.

Лиам морщится.

— Нет! Нет, нет, нет, нет, нет…

— Да, — поправляет его Бьянка и вздыхает. Я поворачиваюсь к ней, впечатленная.

— Бьянка! — шипит Лиам.

— Лиам, она не идиотка, — возражает та, прежде чем поднять на меня взгляд. — Ты идиотка?

— Нет.

— Ну вот. — Бьянка пожимает плечами. — Я в нижнем белье, Лиам. Можно уже сказать честно.

— Да, Лиам, можно уже сказать честно, — заявляю я, скрестив руки на груди.

Поникнув, Лиам трет глаза и обхватывает голову руками. Затем издает раздраженный стон, запрокинув голову, и опускает руки с глубоким вздохом.

— Мне так жаль, Харпер. Мне очень, очень жаль.

— Это было только сегодня? — спрашиваю я.

— Да, — отвечает он уверенно.

— Нет, — говорит Бьянка.

— Серьезно?! — кричит Лиам, в изумлении глядя на нее.

— Прости, но мне раньше изменяли, и правда все равно всплывет, так что лучше ей узнать всю историю.

— Спасибо, Бьянка, буду очень признательна, — говорю я, внезапно потеплев к этой женщине, несмотря на обстоятельства. — Лиам, нельзя ли поподробнее?

— Ладно, — выдает он сквозь зубы и смотрит на меня умоляющим взглядом. — Я не хотел, чтобы так вышло, честно, Харпер. Когда мы с Бьянкой встретились на благотворительном балу, все было совершенно невинно, и я пошел посмотреть их выступление, а потом мы вместе выпивали и… между нами вспыхнула искра, которой нельзя было противостоять. Мне очень жаль.

— Так значит, это было в ту ночь и сегодня? — спрашиваю я.

— И еще несколько раз между, — бормочет Лиам.

— Ах.

— Харпер, — начинает он, — ты мне правда нравишься! Я в замешательстве! Я запутался!

— А мне ты говорил совсем другое, — рычит Бьянка, и ее лицо мрачнеет.

— У меня голова кругом, — взывает Лиам к нам обеим.

Я поднимаю руку.