Последнее слово полностью

Мы дрейфуем по Флоренции, словно в фильме, — улыбаемся от уха до уха, целуемся тайком и хихикаем, как подростки. Я не хочу возвращаться в Англию, где мы с Райаном работаем вместе и все сложно. Я хочу остаться в Италии, жить в роскошном отеле, есть вкусную еду, пить потрясающее вино и заниматься с ним крышесносным сексом, а потом засыпать в его объятиях.

Здесь все идеально.

И, наверное, в этом и заключается часть проблемы, беспокойства, зарождающегося в моей голове в день нашего отлета, когда я просыпаюсь рядом с Райаном. А что дальше? Мы начнем… встречаться? Разве это вообще допустимо, если мы работаем вместе?

По-моему, это глупо — чувствовать себя такой счастливой из-за Райана. Этот парень выводит меня из себя, как никто другой, он унизил меня, когда я была юна и наивна, соврал мне и вполне может врать сейчас.

Но еще этот парень знает, что я люблю чай с медом, читает все мои статьи, несмотря на то что зачастую понятия не имеет, о каких знаменитостях идет речь, и доверяет мне так, как не доверяет другим. Это он принял роды на заднем сиденье такси, постелив на пол свой пиджак, это он смотрит на меня так, будто у меня есть ответы на все его вопросы, и это у него такие глаза, что я моментально забываю все разумное, что хотела сказать или сделать.

— У тебя прекрасные глаза, — выдала я вчера ночью в постели после того, как мы снова пораньше сбежали от группы, пока они отмечали последнюю ночь с эспрессо-мартини у бассейна.

— Ты так считаешь? — спросил Райан, придвинув свою подушку к моей, так что наши носы почти касались друг друга.

— Ой, только не притворяйся, что тебе всю жизнь не делают комплиментов. Знаешь, как они меня мучили… После ухода из «Дэйли Буллетен» я постоянно думала о твоих чертовых глазах.

— Как тебе кажется, если бы после той катастрофы я набрался смелости и постучал в твою дверь, у нас бы могло что-то получиться? — спросил Райан, потянувшись, чтобы отбросить волосы с моего лица. — Если бы я объяснил, что держал новость о работе в секрете, потому что ты мне очень нравилась и я не хотел тебя потерять… Как думаешь, ты бы поняла?

— Не знаю, — вздохнула я. — Я была очень зла на тебя. И очень сосредоточена на своей карьере. Наверное, я бы не стала тебя слушать.

— Но если бы я чуть сильнее за тебя поборолся, все могло бы выйти совсем по-другому.

— Мне кажется, все вышло так, как должно было, — рассудила я. — Может, это и к лучшему, что судьба свела нас именно сейчас. Тогда мы были слишком юные.

— Это правда. Хотя, — начал Райан, расплываясь в довольной улыбке, — ты не очень способствовала нашему воссоединению.

— Я? А сам-то? Ты не соглашаешься со всем, что я говорю на работе.

— Это ты не соглашаешься со мной. Даже когда я вижу, что ты признаешь мою правоту.

— Я бы никогда не опустилась до такого.

Райан окинул меня взглядом.

— Абсолютно точно опустилась бы.

— Сказал человек, который бежал за мной до метро после книжного мероприятия.

— Это ты бежала за мной, — усмехнулся он. — Ты ненавидишь, когда я побеждаю.

— Только потому, что ты улыбаешься своей этой улыбкой.

— Какой?

— Насмешливой, — объяснила я. — Каждый раз, когда я спорю с тобой, или делаю что-то глупое, или говорю про знаменитостей, у тебя на лице появляется эта крохотная ухмылка. Маленькая дразнящая улыбка, которую мне сразу же хочется стереть какими-нибудь злобными словами.

Он посмеялся.

— О да, ты очень злобная. Но погоди-ка, тебе кажется, что я над тобой насмехаюсь? — Его лицо стало серьезнее. — Харпер, я понятия не имею, о какой улыбке идет речь, но могу заверить тебя, что не издеваюсь. Просто ты… не знаю… иногда говоришь что-то и…

Я закатила глаза.

— И веселю тебя.

— Да! Нет, стой. Не в плохом смысле, — растерялся он. — Я считаю тебя забавной. Но в хорошем смысле! То есть я имею в виду, что ты вызываешь у меня улыбку. Вот и все. И если она кажется какой-то загадочной или я так улыбаюсь только тебе, это лишь доказывает мои слова — ты единственная, кто вызывает у меня такую улыбку. — Он поколебался. — Это сейчас было нормально или я сам себе рою яму?

— Вообще-то, это было очень даже хорошо, — сказала я, сдвинувшись на подушке, чтобы поцеловать его. — Мне нравится думать, что у тебя есть загадочная улыбка только для меня. Это лучше, чем если бы ты надо мной смеялся, а я так и думала.

— Я смеюсь над тобой, только когда ты делаешь какие-нибудь абсурдные заявления, например, что разбираешься в минах или что выиграла тот матч в лапту.

Я возмущенно откинула голову.

— Но я выиграла тот матч в лапту!

— Ага, — сказал Райан, обхватив меня за талию, и притянул к себе, — убеждай себя в этом, но мы оба знаем правду. И вообще, я с удовольствием уступлю тебе первенство в чем-нибудь другом, — добавил он с низким рычанием и поцеловал меня в шею.

С этим было очень трудно поспорить.