— Влад, что происходит? плаксиво вопросила Алена, вдруг странно съежившись, визуально даже уменьшившись ростом. Она в самом деле жалко цеплялась за нелепую надежду на то, что глаза ее обманывают, и все, представляющееся сейчас таким жутким, необратимым, еще можно как-нибудь купировать, подавить на корню. Я точно знал, что ее ожидания беспочвенны. Никакая сила этого мира теперь не могла бы заставить меня связать свою судьбу с кем-то, кроме белобрысой художницы, так очевидно назначенной мне кем-то свыше.
— Понимаешь, мы с тобой едва не сделали большую ошибку. Точнее, я… — хмуро потер ладонью колючий подбородок, глядя в расширенные глаза обратившейся в слух Алены. Я свинья и мерзавец, вот что правда. И, знаешь, я раскаиваюсь разве лишь в том, что все это время был таким непробиваемым придурком и слабо различал черное на белом, наоборот тоже какая-то хрень выходила… Я к тому, что наша свадьба это ненужная ни тебе, ни мне, несуразная глупость. В конце концов ты придешь к такому же выводу.
Из всех с трудом подобранных мною слов Аленка услышала только пару-тройку свадьба, ненужная и глупость, соответственно.
— Ты… не женишься на мне?
— Нет, — размеренно покачал головой.
— Но… Постой, это шутка такая, да? Это вы вместе придумали? Это она придумала, да? Она?
— Ален!
— Ах ты, дрянь! она побагровела; взвизгнула, подхватившись, и молниеносно переместилась к тому месту, где я крепко сжимал в своей ладони Варькину маленькую ладошку. Ты все специально делаешь! Против меня! Я знала, видела, догадывалась, что ты будешь пытаться сорвать мою свадьбу, ничтожная сука! Еще тогда в ресторане, когда я рассказывала вам о наших планах, ты улыбалась и думала только о том, как бы мне помешать! Теперь, стоило лишь отвернуться, как ты моментально запрыгнула в постель моего мужа…
— Ален!
— Нет, ты серьезно? ошеломленно ахнула Варвара, которая во время бессвязного монолога Аленки стояла, хмурясь, едва ли не прокручивая в голове слова разъяренной девчонки на предмет обнаружения крупиц правды. Наверное, только этим можно объяснить ее заторможенность в тот момент, когда Алена, едва ли не свихнувшись от накрывшей ее злости, бросилась в атаку, нацелившись основательно попортить прическу моей любимой.
— Черт-те что! рявкнула Варя, в секунду преобразившись из смятенной девицы, покорно выслушивающей в свой адрес нелицеприятные упреки, в разгневанную неожиданным нападением фурию.
Я без особого труда отбросил разъяренную Аленку в сторону, разом прекращая начавшийся балаган, но куда там! Очередная порция крепко сжатых кулачков обрушилась на мою не то чтобы могучую грудь; не так больно, как досадно. Но главное, что Аленка, занявшись мной, временно поменяла цель, выпустив Варвару из поля зрения.
— Уймись уже, а! не сдержался, прошипел, задолбавшись ждать, пока ей надоест без особого толку лупить мою грудь; сам перехватил ладонью ее тонкое запястье, увешанное, по обыкновению, какими-то разноцветными побрякушками. Ален, кому нужен этот цирк? Мы еще способны разговаривать нормально, как считаешь?
— Сволочь!
— Еще какая, — вздохнул, разжимая сомкнутые вокруг ее запястья пальцы; бросил взгляд на Варвару, в ускоренном темпе возвращающую своим волосам былой вид путем распрямления пальцами за неимением других средств.
— Я тебя ненавижу!
— Имеешь право.
— Ты обещал на мне жениться.
— Знаешь, как Виктор говорит? Мое слово хочу даю, хочу забираю, — вторично вздохнул, поздно сообразив, что несу абсолютнейшую чушь, только усугубляющую без того паршивую ситуацию. Ален, не слушай, это я так… К слову пришлось некстати, по-дурацки. помолчал. — Не могу я на тебе жениться, понимаешь? Не могу.
Она всхлипнула, задрожав всем телом, что-то неразборчиво проговорила, вмиг закрыла лицо ладонями и, кажется, всерьез вознамерилась разразиться слезами, так скоро подоспевшими на смену жуткой истерике. Я тоскливо обозрел всю эту картину, вздохнул уже который раз за короткий промежуток времени, мысленно обматерил себя самыми последними словами, мягко устроил ладонь на ее плече, сжав легонько. Аленка вновь громко всхлипнула, энергично замотала корпусом, сбрасывая мою руку, попятилась, острой шпилькой въехала в крыльцо и, качнувшись, осела прямо на грязный после прошедшего дождя камень. Я молча приткнулся рядом. Так мы и сидели, близко друг к другу, молча я слушал ее попеременные горькие всхлипы, бездумно таращился на свои собранные домиком ладони и думал о том, что, в сущности, такого урода, как я, еще нужно поискать. Что за мысли бродили в голове моей несостоявшейся невесты, догадаться не так уж трудно.
Полагаю, это единственный случай, когда наши нелегкие думы одновременно вертелись в одном и том же ключе. Полная совместимость, мать ее…
— Мое платье… Свадьба… Мама уже записалась на макияж к лучшему мастеру в городе… — бессвязно бормотала Алена сквозь тонкие всхлипы.
