Бармен замер. Пришлось добавить еще одну банкноту. Только тогда появилась бутылка, даже без пробки — сервис. Пиво называлось «Накур бобра», и честно говоря, доверия не внушала даже этикетка. Виктор осторожно попробовал. После растворимой гадости с кухни «Кицунэ» он был готов пить практически что угодно, но «Накур бобра» уверенно вмазал по вкусовым рецепторам, заставляя вспоминать дрянной заменитель кофе с теплотой, как старого друга. И еще пиво было тёплое.
Виктор поморщился, схватил бутылку поудобнее, чтобы не уронить — проклятая сила Кориолиса! — и направился к столику под номером пять. Естественно, в самый дальний и тёмный угол зала.
Она ждала его одна за столиком. Женщина слегка за тридцать, крашенная блондинка, огромные серьги-кольца в ушах, яркая помада, но лицо не кукольное. Лицо акулье. Сразу видно — вцепится и не отпустит. Это у неё профессиональное. Одета, как всегда, по-деловому, в брючный костюм. Впрочем, пиджак висел на спинке стула, и было видно золотую цепочку на шее, полупрозрачную блузку и сразу два лифчика. Первый слегка просвечивал сквозь блузку, добавляя к образу лёгкую эротику. Второй «лифчиком» именовался только на полицейском сленге, а в модных каталогах проходил как «кобура оперативная», для ношения пистолета под мышкой. Сейчас там, естественно, было пусто — оружие на входе отобрали.
На Виктора женщина смотрела без тени симпатии. Он немного развязно грохнулся на стул напротив неё, шумно поставил бутылку с «Бобром» на стол и сказал:
— Ну, здравствуй, Дженнифер. Рад тебя видеть.
— А вот я ни хрена не рада, — процедила Дженнифер в ответ.
— Дженни, брось, мы с тобой расстались вполне по-деловому, — заулыбался Виктор.
Правой рукой поднял левую и аккуратно утвердил на столе, забинтованными пальцами к собеседнице.
— Вызвал к черту на рога, выбора не оставил, — закипела женщина. — Встретил в засранном клоповнике, еще и бухой в придачу…
— Я не пьян, это сила Кориолиса, — отмахнулся Виктор и демонстративно отхлебнул из бутылки. — Не знаю, кто он такой, но пить за него мы точно не будем.
— Да хватит вытрёпываться! — Дженнифер вмазала кулаком по столу. — Чего тебе надо? Денег? Сколько?
— Почему сразу денег? — улыбнулся Виктор.
— Давай, играй, кайфуй, — проворчала Дженнифер и откинулась на спинку стула. — Да, ты мне тогда помог. Вытащил из… непростой ситуации. Я обещала, что расплачусь. Но это не значит, что ты, падла, можешь теперь меня доить до конца жизни!
— Вот такой ты мне нравишься, — хищно улыбнулся Виктор. — Когда не корчишь из себя пафосную игрушку и становишься просто собой.
«Настоящая» Дженнифер ему нравилась еще меньше, но вслух говорить не стал — она всё и так знает.
— Короче, — женщина смерила Виктора презрительным взглядом. — Я вижу, что ты в жопе. Наверняка на мели, и вон бандитская пуля потрепала. Я всегда знала, что ты этим кончишь. И я согласна вернуть тебе должок. Деньги есть… в разумных пределах. Но я требую гарантий! Я тебе плачу, мы закрываем этот вопрос раз и навсегда, и разбегаемся. Это моё условие. Иначе…
— Продолжай, — улыбнулся Виктор и отхлебнул пива.
— Иначе я найду… меры воздействия на твою коррумпированную полицейскую задницу.
Виктор приподнял бутылку и вгляделся в отражения голографических танцовщиц в мутном стекле.
— Знаешь, Дженни, у тебя два сильных качества. Беспринципность и… как бы сказать… полное отсутствие брезгливости. Я тоже не самый брезгливый человек, сама видишь что я пью, — он покачал бутылкой в воздухе. — Но ты просто уникум. Никто так не умеет копаться в чужом грязном белье. И никто так не выдаёт желаемое за действительное. Но тебе кое-чего сильно не хватает.
— И чего же? — Дженнифер откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
— Загибай пальцы. Логики. Юридической грамотности, хотя бы самую малость. И воображения.
— Назови уже цену!
— Позволь я начну издалека, чтобы ты оценила… глубину задницы, — улыбнулся Виктор.
Смерил глазами собеседницу. Напряглась, явно. Но паниковать не торопится. Что если… хочет на театр абсурда ответить той же монетой? Нет, мозгов не хватит. Воображение не в ту строну работает. Однако туз в рукаве у неё есть. Эта сволочь зубастая, просто так не сдастся. Надо всё делать аккуратно и четко.
— Для начала, — улыбнулся Виктор. — Я знаю, что у тебя диктофон в кармане.
Дженнифер даже бровью не повела.
— Только он тебе не поможет, — усмехнулся Виктор. — Хотела привлечь меня за шантаж? Даже нет, хотела этим пригрозить. Угадал? Только вот открыть книжку ума не хватило. И почитать хотя бы про «допустимость доказательств».
— То есть? — едва заметно напряглась Дженнифер.
— То есть мне с этой записи ничего не будет, — ответил Виктор. — Даже если я там признавался в убийствах, терроризме, или еще чём похуже, вроде ухода от налогов. Она сделана непонятно кем, непонятно где, непонятно на что и по непонятно какому основанию. Это во-первых. А во-вторых…
Он сделал паузу и демонстративно, не торопясь, отпил тёплого «Бобра» из бутылки. Дженнифер поёрзала на стуле, подалась вперед и сложила локти на стол.
