— Чувствуется, что город уже подстроился под новый порядок, — проворчал Виктор, идя рядом. — Вначале мутанты носились как бешеные, а теперь… Словно поняли, что их время наступает ночью.
— Думаешь, они умнеют? — спросил я.
— Не знаю. Но то, что днём их не видно, меня настораживает. Будто настоящая охота начинается после захода солнца.
Мы шли дальше, и вскоре наш путь преградил старый микроавтобус, брошенный прямо посреди двора. Стёкла разбиты, двери распахнуты настежь. Судя по разбросанным внутри обёрткам и пустым бутылкам, машина служила кому-то убежищем.
— Кто-то здесь был, — задумчиво сказал Палыч, осматриваясь. — И не так давно.
Я заглянул внутрь и заметил связку ключей в замке зажигания. Осторожно повернул — двигатель завёлся с пол-оборота.
— Работает, — удивлённо протянул я. — Может, возьмём?
Виктор качнул головой:
— Слишком шумно. Любой мутант услышит, да и бензина видно, что на донышке в баке. Лучше пусть останется на крайний случай.
С этим решением никто спорить не стал, и мы продолжили путь.
Через пару кварталов Вика резко остановилась, схватила меня за руку и кивнула в сторону одного из подъездов. Я проследил за её взглядом и увидел жуткую картину: в окошке подвального помещение, куда едва пробивался солнечный свет, покачиваясь из стороны в сторону, стояло нечто. Высокий, худой силуэт с неестественно длинными, будто вытянутыми руками, чёрная гладь его лица напоминала пустоту, а тонкие пальцы нервно подрагивали, словно ощущая воздух вокруг. Оно стояло неподвижно, но от него исходило нечто зловещее, почти осязаемое, как если бы тьма в его облике сама по себе была живым существом, наблюдающим за нами из глубины пустых глазниц. Оно будто бы смотрело прямо на нас, но не двигалось.
— Ну его нахрен, — тихо пробормотал Палыч.
Мы тоже не стали проверять, на что этот мутант способен, и поспешили уйти подальше.
— Вот такие твари и пугают больше всего, — пробормотала Вика. — Те, кто просто смотрит…
Я взглянул на неё. В глазах Вики отражался страх, но она пыталась держать себя в руках. Мысли обо всём, через что она прошла, давили даже на меня, а я не был в её шкуре. Стоило поговорить.
— Как ты? — спросил я.
Она чуть вздрогнула, потом натянуто улыбнулась.
— Нормально. Ну, насколько вообще можно быть нормальной после всего… — Вика отвела взгляд. — Просто… Сны. Они не дают покоя.
— Про бандитов? — уточнил я.
Она кивнула.
— Да. И про тот день, когда они ворвались в общежитие. Мы со Светой жили в одной комнате, нам не повезло — в тот момент когда все началось, те кто жил недалеко ушли в попытке добраться до дома, мы же из другого региона. Девушек забрали всех, нас было больше тридцати… Парней, кого убили, кого забрали для наживки. Девушек же… кто сопротивлялся… — её голос дрогнул. — В общем, они не церемонились. Я до сих пор чувствую, как меня касались эти ублюдки… — она нервно потерла плечо.
— Если хочешь, Саша может попробовать помочь, — предложил я. — Его способности могут наверное работать не только на физические раны.
— Может быть, — она тихо вздохнула. — Просто… знаешь, мне страшно, что я больше не та. Как будто часть меня умерла.
Я посмотрел на неё. В её глазах была боль, но после недавней драки с мутантом, как будто поселилось отчаяние, от происходящего вокруг.
— Ты жива. А значит, можешь выбрать, что делать дальше, — успокаивающе сказал я. — Пока ты с нами, такого больше не повторится.
Она слабо улыбнулась.
— Спасибо, Марк.
Мы свернули во двор, огибая очередной ряд многоэтажек, когда впереди мелькнули тени. Несколько фигур двигались между машинами, а затем резко остановились, заметив нас. Напряжение в воздухе можно было резать ножом — обе стороны замерли, оценивая друг друга. Я сразу отметил, что люди вооружены: мачете, ножи, самодельные копья, у двоих были охотничьи ружья. Их позы говорили о готовности сражаться.
Оба мужчины выглядели закалёнными: один — высокий, крепкий, с густой бородой и выражением вечной настороженности, второй — жилистый, с короткими светлыми волосами и шрамом, пересекающим левую скулу. Женщины были разного возраста: одна, по виду около сорока, с напряжённым взглядом, другая — молодая, с короткими каштановыми волосами, сжимавшая в руках нож, а третья — совсем девчонка, не старше двадцати, с испуганными глазами, но сжимавшая биту так, будто собиралась ей пользоваться. Они сразу насторожились, вскинули оружие, и мы сделали то же самое. Напряжение повисло в воздухе, но никто не делал резких движений.
— Стоять! — крикнул коренастый мужик с густой бородой, вскинув ружьё. — Кто такие?
Мы тоже не остались в стороне — Виктор чуть подался вперёд, готовый в любую секунду вступить в бой, я ощутил, как в ладонях заиграло тепло, а Саша инстинктивно шагнул ближе к Свете, будто закрывая её собой.
— Спокойно, — я поднял руки ладонями вверх, показывая, что не собираюсь нападать. — Мы не бандиты, если ты про это. Идём на Русский остров, только что вышли из сизо на Партизанском, где были в плену у уголовников, но сумели перебить их и выбраться.
Бородач прищурился, окинул нас долгим взглядом и хмыкнул: