Последние боги: Пробуждение полностью

Виктор первым отстегнул ножны, вынул охотничий нож и швырнул его на землю. Я молча последовал его примеру, бросив острый кусок металла от машины, который весь день заменял мне оружие. Кстати, я обратил внимание, на то что моя ладонь давно зажила, регенерация у меня конечно сейчас бешеная.

Остальные тоже подчинились, даже Палыч, который с нескрываемым недовольством положил на землю длинный кухонный нож.

— Хорошо, теперь шаг вперёд, по одному! — скомандовал один из солдат.

Мы по очереди прошли к ним, где нас встретили грубыми толчками и быстрым обыском. Особенно тщательно проверили Виктора — то ли из-за роста, то ли из-за общей ауры угрозы. Солдат, ощупывавший меня, не церемонился: больно дёрнул за плечо, сдавил запястье, проверил карманы.

— Чисто, — буркнул он, отступая. — Следующий.

Когда всех закончили осматривать, мне уже хотелось послать этих ребят куда подальше, но я сдержался.

— Завязывайте их! — последовал новый приказ.

Я почувствовал, как пластиковая стяжка болезненно сдавила запястья. Слышно было, как кто-то из наших девушек вскрикнул от боли, но сопротивляться никто не стал.

— Эй, полегче! — попросил Саша, когда его резковато дёрнули за руку.

— Молчи и садись в грузовик, — ответил солдат.

Перед нами остановился военный Урал. Задний борт откинули, открывая внутри тёмное нутро с деревянными лавками вдоль стен. Солдаты, не стесняясь в движениях, начали заталкивать нас внутрь. Виктору пришлось пригнуться, чтобы не удариться головой. Я сел рядом с ним, напротив — Палыч и Саша. Девушки сгрудились ближе к выходу, испуганно оглядываясь.

— Ну, зато Урал, а не гроб. Почти как бизнес-класс, — пробормотал я, когда нас усадили.

Палыч фыркнул:

— Если это бизнес-класс, тогда я миллиардер, а эти ребята — стюардессы с автоматами.

Снаружи раздавались глухие шаги, голоса, слаженные приказы. Кто-то задвинул борт, крепко зафиксировав его. Внутри стало темнее. Я взглянул на Виктора — он сидел неподвижно, с напряжённым лицом.

— Думаешь, нас просто допросят? — тихо спросил я.

— Надеюсь, — ответил он. — Но готовься ко всему.

Я глубоко вдохнул, пытаясь прогнать нарастающее чувство тревоги. Что бы нас ни ждало на Русском острове, оно уже неизбежно.

Двигатель Урала взревел, колёса сдвинулись с места. Мы отправились в неизвестность.

В полутёмном помещении, освещённом тусклой лампой, трое мужчин сидели за массивным деревянным столом. Комната выглядела официально — новый кабинет в одном из административных зданий кампуса ДВФУ, переделанный под штаб. Полки, когда-то заполненные книгами и документами, теперь пустовали, кое-где валялись потрёпанные папки. На столе — груда бумаг, тарелки с недоеденной едой, бутылка дорогого коньяка и несколько пистолетов.

Сергей Князев, бывший генерал пятой армии, тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. Ему было под пятьдесят, седина придавала облику солидности, но в его взгляде читалась не только усталость, но и хищный расчёт. Он медленно постукивал пальцами по столу, раздумывая над очередной партией прибывших.

— Ещё одна группа, — произнёс он, с лёгкой ленцой перебирая бумаги. — Четырнадцать человек. Пятеро мужчин, восемь женщин. Один старик.

— Мужиков без способностей — на работы, — хмыкнул Анатолий Черняк, сухощавый мужчина с длинными пальцами, перебирая стопку документов. В прошлом профессор психологии в ДФВУ, теперь он управлял людьми так же легко, как когда-то манипулировал студентами. — Женщин распределим. Красивых — к нашим, остальных — пусть работают. Старика, конечно, тоже в рабочие. Без вариантов.