«Те, кто живет в… [Антисуйю]… едят человеческое мясо, они свирепее тигров, они не знают ни Бога, ни закона, они не знают, что такое добродетель. Они не имеют идолов и никакого их подобия. Они поклоняются дьяволу, когда он представляет себя в форме какого-нибудь животного или змеи и разговаривает с ними. Если они в ходе военных действий захватят пленного… и им будет известно, что это человек низкого ранга, то они четвертуют его и отдадут конечности своим друзьям и слугам в пищу или продадут на мясном рынке. Но если это будет человек благородного происхождения, то вожди соберутся со своими женами и детьми и, подобно служителям дьявола, разденут его, привяжут его живым к столбу и разрежут на куски кремневыми ножами и лезвиями, — не с тем чтобы отрезать конечности, но для того, чтобы извлечь мясо из самых мясистых частей: из икр, бедер, ягодиц и мясистых частей рук. Мужчины, женщины и дети окропляют себя кровью, и все они очень быстро пожирают мясо, совершенно никак его не готовя и даже не прожевывая. Они заглатывают его полным ртом — так чтобы несчастная жертва могла видеть, как ее поедают живьем».
Хотя каннибализм и существовал на отдельных участках Атлантического побережья Бразилии, рассказы священников об индейцах племени антис представляли собой чистую небылицу — все эти домыслы сочинялись о народе, чей характер и уклад были настолько чуждыми и высокогорным инкам, и испанцам, что у них поневоле возникали страх и отвращение. Так или иначе, у испанцев не было разумных причин воспринимать эти апокрифические истории как истинные. Как далеко простирался этот лес и сокрыты ли в нем были богатые империи, изобилующие золотом, — этого никто не знал. В конце концов, большая часть континента являла собой терра инкогнита, и о лабиринтных пространствах этой ничейной земли можно было только догадываться. Впереди могут лежать новые империи, наполненные таким богатством, которое превзойдет любое воображение, а может поджидать и смерть столь жуткая, что испанцам придется воочию наблюдать, как их соотечественников поедают живьем. Об этом может быть известно только Богу на небе либо дьяволу в аду.
Продвигаясь вперед гуськом, испанцы подошли к узкому каньону, через который протекали два потока. Перейдя через два моста, сооруженных совсем недавно, они попали на участок земли, расчищенный от деревьев и кустарников. Педро Писарро позднее вспоминал:
«[Когда] около 20 испанцев… [пересекли мост], спрятавшиеся заранее индейцы начали бросать в них… валуны с гор. Эти валуны скатывались с огромной скоростью. Они превратили трех испанцев в месиво. Те испанцы, которые уже успели углубиться в лес, обнаружили там множество индейских лучников, которые начали стрелять в них, ранив многих, и если бы испанцы не обнаружили узкую тропку, ведшую к реке, они все были бы перебиты, поскольку они не могли… [схватиться в рукопашной] с теми индейцами, которые попрятались среди деревьев».
Испанцы попали в явную западню. По словам Титу Куси:
