Рим имел достаточно свободные нравы в области половых отношений, но считалось, что Гелиогабал преступил все границы дозволенного. Римский аристократ внешне должен был быть безупречен, что бы он ни делал дома или у друзей. Слухи или сплетни принимались нормально, в отличие от открытых проявлений сексуальной распущенности на публике. Жена должна была быть скромной в постели. Секс при дневном свете был социально приемлем только для молодоженов. Секс при зажжённом свете был очень смелым. Поэты-эроти-ки нарушали «правила», когда писали о том, как выглядят их сексуальные партнёры. Разнообразные позы, изображенные в римском искусстве, были созданы проститутками или рабынями, а не скромными жёнами. Но даже проститутки иногда прикрывали свою грудь. Гомосексуализм же всегда осуждался и считался привнесённым в Рим от греков. В армии отношения между солдатами наказывались смертью. В яростной атаке на моральное разложение Римского языческого общества, философ Дион Хризостом включал педерастию наряду с проституцией, супружеской неверностью и сексом до брака в число главных грехов Рима. Но именно это и было характерно для Гелиогабала. Он вёл абсолютно беспорядочную половую жизнь как с женщинами, так и с мужчинами. При этом он отвергал главный принцип полового поведения – римский аристократ не должен был быть пассивным партнёром в сексуальных отношениях с любым полом. Только активным. Иначе он становился маргиналом.
Понятно, что о сексуальном поведении Гелиогабала мы можем судить только со слов тогдашних историков, а насколько их рассказы достоверны, неизвестно. Они могли и преувеличивать, но, с другой стороны, то, что мы знаем о Гелиогабале, не даёт особых оснований сомневаться в принципиальной правдивости этих рассказов. Не нарушай он активно римских общественных правил, никто не стал бы и сочинять о нём всякой грязи. Ведь до нас донесли именно те моменты поведения Гелиогабала, которые выходили за рамки морали. И, судя поэтому, император был явным сексуальным извращенцем, глубоко больным человеком. Кажется, что он ставил своей задачей публично сломать все сексуальные запреты и превзойти все похабные рекорды, в этом причины многих аспектов его поведения.
Чтобы доказать психическую ненормальность Гелиогабала, нам придётся сделать над собой усилие и разобрать некоторые из его сексуальных увлечений. Они приводятся не только у Лампридия, которого можно было бы обвинить в фантазёрстве, но и у свидетеля всего происходившего тогда Диона Кассия, и у современника событий Геродиана. Такое единодушие древних историков заставляет задуматься о том, что эти рассказы не выдумка. Видимо, как и всегда, не всё там можно считать правдой, однако даже анекдоты сочиняются не просто так, а как выражение общего мнения народа о происходящем наверху. Да и других источников всё равно нет, так что анализировать можно только эти.
Итак, говорили, что он никогда не сходился с женщинами по два раза, за исключением своей жены. Скорее всего, он сам так говорил, хвастаясь. У гиперсексуальных подростков такое бывает.
«В своем доме он устроил лупанары для друзей, клиентов и рабов». Судя по дальнейшим рассказам, так оно и было и деньги с клиентов взимались. Это калька храмовой проституции, только Гелиогабал её профанировал и, соответственно, дискредитировал.
«В театральных спектаклях он приказывал по-настоящему исполнять развратные действия, на которые обычно делаются только намеки». Современный постмодернистский театр занимается тем же самым, почему Гелиогабал не мог?
Поскольку Гелиогабал предпочитал пассивный гомосексуализм, «в банях он всегда мылся с женщинами, причем сам натирал их мазью для удаления волос и сам же намазывал себе такой мазью бороду, при этом той же самой, которой натирались женщины, и одновременно с ними. Он собственноручно брил лобки своим любовникам и той же бритвой пользовался потом для своей бороды. По ночам он отправлялся в харчевни, надев парик, и выполнял там работу трактирщиц».
Вообще, к проституткам у него было особое отношение. Он, как-будто, жалел их и всё время пытался им помочь. Например, он часто выкупал блудниц у всяких сводников и отпускал их на свободу. Говорили, что он выкупил пользовавшуюся большой известностью красавицу-блудницу за сто тысяч сестерциев и оберегал ее как девственницу, не позволяя прикасаться к ней.
На эту тему у Лампридия есть ещё одно сообщение: «Однажды он, говорят, набросив на себя, чтобы не быть узнанным, накидку с капюшоном, какую носят погонщики мулов, обошел всех блудниц цирка, театра, амфитеатра и всех других мест Рима; не тронув их, он одарил их всех золотыми монетами, добавляя: «Пусть никто не знает, это дает вам Антонин»» [Элий Лампридий. Гелиогабал XXXII].
