Была еще одна особенность: для каждого корабля рисунок, который выдавал гипер, излучая по всем диапазонам длин волн, был свой. Зависел он от нюансов конфигурации внешних полей, удерживающих вокруг обшивки, по ее границе, фрагмент трехмерности, который, собственно, и позволял существовать любому кораблю в двенадцатимерье. От трассы перелета он тоже зависел. Поэтому на астрогаторов обучали только математически одаренных. А если к математическим талантам прилагался еще и дар пилота, то такое считалось великой удачей. Именно по этой причине Ситара быстро выбилась в первые пилоты. Ей однозначно светила в ближайшем будущем должность капитана корабля – одного из спешно строящихся на верфях около луны Йос, которую местные называли Муной.
Рисунок гипера был поразительно красив. Сергею не составило большого труда проследить и запомнить все, что делали и пилоты, и астрогатор. Теперь он с полным правом наслаждался тем, что видел. Смотрел и подмечал разные мелочи. Когда-то, еще в Академии, их учили «читать» эти узоры. Это искусство в Йос было в самом зачаточном состоянии. Так что в этом каллистяне имели неоспоримое преимущество перед йосовцами.
Сергей быстро набрал на своем терминале несколько текущих параметров гипера, это немедленно отразилось на одном из дисплеев перед капитаном. Та быстро прочитала, что там было записано, и одобрительно кивнула.
Пилоты и астрогатор расслабились в своих креслах. Напряжение спало. Дальше предстояло более-менее спокойное времяпрепровождение с созерцанием бесконечного калейдоскопа узоров гипера, с небольшими корректировками траектории. Трассу от системы Чистых Дней до Дельты Лисы, где находился Парадиз, в целом знали хорошо.
Но тут Сергей краем глаза отметил изменение в рисунке гипера. И выглядело оно совершенно неправильным, сильно выбивающимся из общих закономерностей, привычных и безопасных. В любом случае такие вещи представляли уже не академический интерес. Могло и гибелью корабля закончиться.
Сергей чуть не подпрыгнул в своем кресле, когда увидел, что прорывается в границы их трехмерья. И привычным Отражением или Тенью это явно не было. Нечто прошло по самому краю полей корабля, сильно их исказив и заставив часть обшивки в том месте пойти волнами.
Взвыли сирены. Где-то нарушилась герметичность корпуса. Уходящий воздух немедленно вспыхнул аннигиляцией на границе полей. Корабль снова сильно затрясло. Теперь с той стороны, где утекал кислород из нарушенной оболочки, поля спешно перестраивались автоматами на защиту от излучения. Целостность обшивки, судя по вскоре смолкшим сиренам, была восстановлена, но угроза не исчезла.
Нечто серебристой призрачной тенью скользнуло вперед и окончательно сформировалось в образ огромного светящегося полупрозрачного веретена, медленно вращающегося вокруг продольной оси. На этом его эволюции не закончились. Оно принялось медленно и хаотично плавать почти на границе охвата полей корабля, где была уже двенадцатимерность гиперпространства.
– Это еще что такое?!! – в возгласе второго пилота слышны были нотки страха. Неожиданное появление веретена изрядно ее напугало, слишком уж сильно все это выбивалось из обычной для гиперпереходов геометрической пляски сполохов.
Ситара, в отличие от нее, напряглась и взялась за ручки управления, приготовившись сманеврировать в случае необходимости.
– П-по курсу объект! – доложила, заикаясь, астрогатор, оторвавшись от своих датчиков и растерянно глядя на капитана.
– Вижу! Спокойно! – рявкнула Дженингс. – Пока он угрозы не представляет, – уже более ровным голосом добавила она. – У кого какие будут предположения? Что это такое и чего от него ждать?
– Может, это звездолет Чужих? – с удивлением рассматривая Веретено, высказал предположение Диего-Сергей.
– Мы в гиперпространстве! – напомнила Дженингс, неуверенно протягивая руку к пульту управления. Включила сканирование. Но, как и следовало предположить, в гипере сканер выдал такую чушь, что и за сто лет не разберешься. Капитан чертыхнулась.
– Датчики показывают впереди по курсу мощный сгусток энергии! – доложила второй пилот.
– Что за чушь? Ведь любой такой сгусток должен подвергаться почти мгновенной диссипации! Тут же двенадцать измерений! – возмущенно фыркнула капитан.
– Однако по виду он даже не чешется, – попробовал пошутить Сергей.
– ИТИ? – неуверенно предположила второй пилот.
– Я же сказала! – с раздражением напомнила Дженингс, разглядывая то изображение на экранах, то показания датчиков, отображаемых на дисплеях.
– Но ведь…
– А ведь и правда… может это веретено энергии все же искусственного происхождения? – как гипотезу высказал Диего-Сергей, пытаясь сбить волну страха, постепенно поднимающуюся в рубке управления из-за того, что сделать что-либо было невозможно. Волна, несущая их через гиперпространство, была довольно «жестким» образованием. Мелкий маневр в ее пределах допустим, но не более. Особенно учитывая, что веретено каким-то образом следовало курсу корабля в гиперпространстве. Отнюдь не прямому.
