— Что?!! — взвыл Тринис — Человек?!! Ты ВЛЮБИЛАСЬ в ЧЕЛОВЕКА?!! Зарина, если ты нарушишь мою сделку с Виаром, я сотворю из тебя тысячу маленьких демонят! Ты поняла меня?!
Зарина не смогла ответить, вставший в горле противный ком помешал, но покорно кивнула головой. Она знала, что отец ни за что не уступит ее желанию быть с любимым.
Матовое лезвие черного клинка было заляпано глянцевыми пятнами черной демонской крови, и Корин бережно обтер его об одежду последнего убиенного, не сводя при этом взгляда со своей находки. Немногочисленного, но от этого не менее опасного клана Крадущих Души больше не существовало, а вот в подвале их родного гнездышка колдун обнаружил сюрприз. На сырой каменной стене почти под самым потолком, прикованный цепями за руки, висел худой мальчишка лет шестнадцати на вид. Волосы, цвет которых было не определить из-за черной крови и грязи, слиплись и сбились в колтун, по костлявому торсу рассыпались застаревшие и совсем свежие рубцы от плети, по всему телу красовались сочащиеся гноем следы от ножа, нетронутым было только лицо.
Заклинатель прошептал несколько слов в кулак, цепи, натужно скрежеща, рассыпались на звенья, и он едва успел подхватить истощенное тело парнишки.
— За что же тебя так? — тихонько пробормотал Корин, осторожно укладывая мальчика на пол, откинул с его плеча слипшиеся грязные пряди и увидел над ключицей татуировку клана Ходящих за Гранью.
Ходящие издревле считались самыми слабыми демонами, так как не имели никаких боевых особенностей. Да что там особенностей, даже способности к самообороне отсутствовали напрочь. Зато они могли переступать за Грань, общаясь с умершими, что и сделало их лакомым куском, как для заклинателей, так и для демонов.
— Вы же вымершими считались? — вопросительно выгнул бровь колдун, словно ходящий, плавающий где-то в спасительном забытьи, мог ему ответить — Ну, или истребленными. — поправил он сам себя и аккуратно, почти не дыша, поднял ребенка на руки.
Уже пошла вторая неделя, как он отпустил Зарину, теперь его жилище пустовало. Иногда Корину не хватало смущенного выражения ее лица и философских бесед за вечерней чашкой травяного чая. А еще ему недоставало негромкого шуршания старых страниц под тонкими пальцами Ниаса и его удивленных глаз, когда он задавал какой-нибудь совершенно глупый вопрос, типа: «Почему демоны живут до шести тысяч лет, когда их никто не убивает?». Иногда он просто не понимал, как этот чокнутый ангел вписался в их мир. А сам ангел, видимо, не понимал, как вообще жить в этом чудном мире. Так что Корин на данный момент был рад своей находке.
Вернувшись домой, он положил мальчика на стол, осторожно избавил его от тряпок, бывших когда-то одеждой, и, стараясь не причинять боли, принялся отмывать от толстого слоя грязи и спекшейся засохшей крови. Безболезненно не вышло, парень тихо заскулил и, дернувшись всем телом, открыл помутневшие от страданий глаза.
— Тихо-тихо. — предупредил колдун, удерживая его на месте — Не шевелись. Я не сделаю тебе ничего дурного.
Найденыш недоверчиво воззрился на него, и Корин увидел, что радужка у него не черная, а темно-красная. Экзотика, однако. Демоненок разлепил пересохшие потрескавшиеся губы и хрипло выдохнул:
— Ты — Корин.
Колдун не понял, вопрос это или утверждение, но ответил:
— Да, я. Ты меня знаешь?
— Тебя все знают. — он закрыл глаза — Если ты мне не снишься, значит, они сдохли раньше, чем я.
— Угадал. — усмехнулся Корин и осторожно потряс мальчика за плечо — Эй, не отключайся, мне нужно обработать твои раны.
— Ты что, хочешь меня вылечить? — красные глаза распахнулись, в них перемешалось удивление и отстраненное равнодушие, словно он считал все происходящее своим больным бредом.
— А ты думаешь, что я притащил тебя к себе домой, чтобы убить? — съязвил мужчина.
— Брось. — демоненок отвернулся — Я не выживу…
— Я тебе не выживу! — погрозился заклинатель и, повернувего голову лицом к себе, сунул в зубы неразвернутый рулон широкого бинта — Закуси, будет больно.
Мальчик равнодушно терпел боль, пока Корин вскрывал застарелые раны, вычищая их от гноя, иногда терял сознание, но не мешал заклинателю просьбами и попытками остановить пытки. Завершив свою работу, Корин вытащил кляп из сцепленных челюстей парнишки и уверенно пообещал:
— Выживешь. Регенерация уже началась, и тебе следует поесть.
Демоненок отрицательно помотал головой и, прошептав «я спать хочу», вырубился.
— Крепкий… — подивился Корин и, подхватив тщедушное тельце на руки, перенес на кровать.
