За пригорком показались деревянные дома, идти оставалось уже не долго. Где-то впереди соревновались в пении лягушки. Порыв прохладного ветра принес запах рыбы и гнили. Кристина ему совсем не удивилась, скорее всего, впереди была речка. Ее еще не было видно, судя по всему, речка была совсем мелкой, но она точно должна была быть, в этом не было сомнений. Было такое ощущение, что эта самая подходящая местность для речки, что, если бы Кристина выбирала, где добавить речку, то она выбрала бы что-то похожее на это. Скоро появившийся впереди мост подтвердил эту догадку.
Мост был короткий и невысокий. Кристина подошла к ржавым перилам и посмотрела на черную воду, затянутую тиной. Это была скорее не река, а оросительный канал. Вода под мостом тихонько журчала, словно чья-то незатейливая песня, в которой не было слов, но ясен был смысл. Кристина думала о том, что что бы ни случилось сегодня ночью, утро как всегда наступит, будет новый день, с ней или без нее вода будет так же журчать, а тина так же плавать. Иногда нужно оказаться среди огромного поля под бескрайним небом, чтобы ощутить физически, насколько огромен мир, чтобы почувствовать кожей, что он даже одним своим незначительным движением способен перевернуть жизнь человека с ног на голову, стереть в своих жерновах любого, и существовать дальше, поэтому бояться просто глупо, потому что все равно конец только один. Кристина глубоко вдохнула сырой воздух. Высокие заросли камыша у берега зашуршали, и что-то громко шлепнуло по воде. Кристина дернулась от испуга, но, поняв, что это всего лишь лягушка, когда та во все горло протяжно квакнула, пытаясь перекричать других певуний, улыбнулась. Нужно было идти.
Стало уже совсем темно. Вся деревня была наполнена запахом цветущих садов, словно ночью их аромат пришел на смену солнечному свету. Узкая улочка терялась в темноте, если бы не свет в одном из домов, то можно было бы подумать, что в деревне нет ни одного человека. Номер дома Павлика был не известен, но Кристина хорошо помнила, как он выглядит. Без сомнений удастся узнать дом по большим ивам и высокому забору. Было так тихо, что казалось, что даже слабый шорох выдаст ее, разбудит деревню и ее тут же обнаружат, схватят, как воришку, забравшегося ночью в чужой дом. Кристина почти крадучись пошла по улице мимо спящих домов. Внезапно раздался негромкий скрип. Кристина дернулась всем телом и остолбенела. Открылась калитка. Первая мысль была бежать без оглядки. Из открывшейся калитки навстречу выбежал пес и остановился, перегородив дорогу. Собаки – вот что она не учла, в деревне много собак и они обычно лают на чужаков, поэтому собственно их и держат. "Вот и все!", – мелькнуло в голове. Кристина вся напряглась и скривилась, ожидая, что пес сейчас залает. Но тот молча сел, не сводя с нее глаз.
– Привет, малыш… – тихо и не решительно проговорила Кристина, стараясь сделать голос максимально дружелюбным. Пес наклонил голову набок жестом "мадам, я вас слушаю внимательно", свесив вниз свое большое ухо. – Хочешь кушать?
Стараясь не делать резких движений, Кристина медленно сняла рюкзак и стала искать в нем пакет с оставшимся бутербродом. Пес отлично понял, что его приглашают к позднему ужину, и, не стесняясь, подбежал к незнакомке, виляя своим косматым хвостом. Он понюхал бутерброд, который положили перед ним, и стал вытаскивать из него колбасу, спрятанную между двумя ломтиками хлеба. Воспользовавшись моментом, пока пес был занят бутербродом, Кристина поспешила уйти. Она боялась, что пес пойдет за ней и наделает шума, но, к счастью, тот не очень хотел уходить далеко от своего двора, и, когда Кристина в очередной раз обернулась, то увидела, что пес трусцой бежит обратно к забору. Она облегченно выдохнула. Оставалось только надеться, что оставшуюся часть пути удастся преодолеть без подобных встреч.
