Последний довод королей полностью

— Я потерял счёт тому, как часто вы меня подводили, но дам вам последний шанс искупить вину. Ещё раз присмотритесь к этому Первому из Магов. Найдите какую-нибудь слабость, какое-нибудь оружие, которое мы сможем использовать против него. Он — болезнь, и мы должны её выжечь. — Он сердито пихнул белую фигуру. — Я хочу, чтобы он был уничтожен! Чтобы с ним было покончено! Я хочу, чтобы он оказался в цепях в Доме Вопросов!

Глокта сглотнул.

— Ваше преосвященство, Байяз расположился во дворце, вне моей досягаемости… его протеже — наш новый король… — Частично благодаря нашим же отчаянным усилиям. Глокта едва не поморщился, но не мог прекратить задавать вопросы. — Как мне это сделать?

— Как? — взвизгнул Сульт, — как, искалеченный червь? — Он яростно взмахнул рукой над доской и смахнул фигуры на пол. Интересно, кому придётся наклоняться, чтобы их собрать? Шесть практиков, словно под управлением тональности голоса архилектора, отошли от стен и угрожающе направились в центр комнаты. — Если бы я хотел сам уделять внимание каждой детали, то не нуждался бы в ваших бесполезных услугах! Ступайте и выполняйте, скрюченный мерзавец!

— Ваше преосвященство слишком добры, — пробормотал Глокта, ещё сильнее смиренно склоняя голову. Но даже самого паршивого пса нужно время от времени чесать за ухом, иначе он может вцепиться хозяину в горло…

— И проверьте заодно его байку.

— Байку, архилектор?

— Эту сказку про Карми дан Рот! — Сульт ещё сильнее прищурился, суровые морщины избороздили его переносицу. — Если мы сами не можем держать поводок, то надо усмирить собаку, понимаете?

Глокта почувствовал, как дёргается глаз, несмотря на все его усилия. Мы ищем способ внезапно прервать правление короля Джезаля. Опасно. Если Союз это корабль, то он только что прошёл через шторм и плохо его перенес. Мы потеряли капитана. Если сейчас заменить ещё одного, то судно может полностью развалиться. И тогда все мы будем плавать в глубоких, холодных, неизвестных водах. Гражданская война? Он хмуро посмотрел на фигуры, разбросанные по полу. Но его преосвященство сказал своё слово. Как там говорила Шикель? Когда господин даёт задание, исполняешь его как можно лучше. Даже если оно тёмное. И некоторые из нас только для тёмных заданий и подходят…

— Карми дан Рот и её бастард. Я выясню правду, ваше преосвященство, можете на меня положиться.

Усмешка Сульта стала ещё презрительнее.

— Если бы!

Для вечера в Доме Вопросов было людно. Глокта никого не видел, хромая по коридору, остатки зубов прижимались к его губе, рука крепко цеплялась за трость, скользкую от пота. Он никого не видел, но слышал их.

Из-за обитых железом дверей доносились голоса. Тихие и настойчивые. Задающие вопросы. Громкие и отчаянные. Изливающие ответы. Время от времени через тяжёлую тишину прорубался визг, рык или вопль боли. Это вряд ли нужно объяснять. Когда Глокта дохромал до Секутора, тот стоял, прислонившись к грязной стене, поставив ногу на штукатурку, немелодично насвистывая что-то под маской.

— С чего всё это? — спросил Глокта.

— Какие-то люди лорда Брока напились а потом стали шуметь. Человек пятьдесят, такой переполох устроили у Четырёх Углов. Стенали о правах, ныли, как обманули людей, кричали, что Брок должен быть королём. Они сказали, это демонстрация. Мы сказали, что это государственная измена.

— Измена, да? — Определение весьма расплывчатое. — Выберите зачинщиков, и заставьте их подписать бумаги. Инглия снова в руках Союза. Самое время начать заполнять её изменниками.

— Как раз этим и занимаемся. Что-нибудь ещё?

— О, разумеется. — Жонглирование ножами. Один падает, два подлетают. В воздухе кружится всё больше и больше клинков, и у каждого смертельно острое лезвие. — Сегодня рано утром мне нанёс визит его преосвященство. Краткий визит, но на мой вкус он был слишком долгим.

— Работёнку подкинул?

— Ничего такого, что сделает тебя богаче, если ты надеялся на это.

— Я всегда надеюсь. Я из тех, кого зовут оптимистами.

— Везёт тебе. — Я скорее наоборот. — Глокта глубоко вздохнул и выдохнул. — Первый из Магов и его отважные спутники.

— Снова?