Да Шань поднял Бай Сюинь и перенес на лежанку, а затем бросил Ли Хуну:
– Сходи, приведи заклинателя. Того, который не полный дурак.
– Почему я? – возмутился Ли Хун. – А вдруг они поймут, что я демон?
– Ты мой духовный питомец Большое ухо, забыл?
«Большое ухо», бормоча какие-то ругательства, вышел из дома и вскоре вернулся с заклинателем.
– Что произошло? – спросил Фан Бо, когда увидел Бай Сюинь, лежащей без сознания. – Еще утром она выглядела здоровой.
– У нее резко поднялся жар, – хмыкнул Да Шань. – У тебя есть лекарство?
– У заклинателей не бывает внезапного жара, если их энергия в порядке, – покачал головой Фан Бо. – Позвольте, я проверю ее ци, – он потянулся к ее запястью, но Да Шань тут же перехватил его руку:
– Не позволю, лечи так.
– Но я не лекарь, – нахмурился Фан Бо, – к тому же сомневаюсь, что ее болезнь вызвана физическими причинами.
– Это проклятье?
– Возможно.
– Так сними его!
– Я не могу, – Фан Бо посмотрел ему прямо в глаза. – И никто не сможет. Надо ждать.
– Да чтоб вас! – выругался Да Шань.
Заклинатель извлек из рукава маленький фарфоровый флакончик и протянул ему:
– Это облегчит ее состояние, но, если к ночи ей не станет лучше, дайте знать.
Бросив еще один обеспокоенный взгляд на женщину, заклинатель вышел из дома. Да Шань посмотрел на флакончик в руке, а затем на Бай Сюинь, которая не подавала признаков жизни.
– И как ей это дать?
– О, – задумался Ли Хун, – ты ведь не собираешься использовать свой рот, чтобы…
Да Шань быстро разжал руками челюсть женщины и влил ей в рот весь флакон. Ли Хун смотрел на него со сложным выражением лица.
Поверхностное дыхание Бай Сюинь постепенно стало глубже, но она все еще была без сознания. Да Шань приказал Ли Хуну принести чистой воды и смоченным куском ткани обтирал ее лицо, чтобы немного сбить жар. Из-за этого ее повязка намокла. Да Шань аккуратно приподнял голову женщины и снял повязку.
– Ее второй глаз выглядит нормально, – задумчиво сказал Ли Хун. – Я думал, там рана, поэтому она не видит.
В этот момент Бай Сюинь открыла глаза, но судя по замутненному взгляду, не видела людей в комнате, а все еще пребывала в бреду. Она что-то прошептала, но было не разобрать. Ли Хун потрясенно смотрел на глаза женщины: правый был самым обычным, а вот у левого радужка была золотисто-желтого цвета и словно светилась изнутри. Ли Хун где-то такое уже видел, поэтому перевел взгляд на Да Шаня.
– Вы что, родственники?
– Нет, – хмыкнул Да Шань, тоже не ожидавший подобного. – Но, полагаю, это моя вина. Я не учел, что моя духовная энергия существенно отличается от человеческой ци.
– Каким образом?
– Люди словно сосуд, который постоянно наполняется. У них есть духовное ядро и чем оно больше, тем больше энергии может накопить человек и использовать, а потом восполнить, поглощая из окружающего мира. Но мое количество энергии было изначальным, когда я появился в этом мире, и я не могу ее восполнять. Поэтому, когда я пытался помочь этой женщине, я накачал ее своей энергией, но забрать назад потом не смог.
– О каком количестве энергии идет речь?
– Где-то одна пятая от всей моей силы. Когда мы доберемся до северного ордена, я хочу найти способ ее вернуть.
– Подожди, – опешил Ли Хун. – Ты же не хочешь сказать, что все это время помогал ей только потому, что надеешься вернуть назад свою духовную энергию?
– Это моя энергия, что плохого в том, что я хочу получить ее назад?
Ли Хун покачал головой:
– Ты еще хуже, чем я думал.
– Это тысячелетнее пламя, конечно, я хочу его вернуть, – помрачнел Да Шань.
– Да это только звучит красиво, – фыркнул Ли Хун. – Если бы это и правда был тысячелетний огонь, то тебе бы ради него пришлось совершенствоваться тысячу лет, а ты сказал, что это лишь одна пятая твоей силы. Да за такое время любая змея превратится в дракона… – он осекся.
Да Шань сверлил его хмурым взглядом:
– Только не говори ей пока.
– Ты думаешь, она сама не заметит?
– Ну, пока не заметила, – пробормотал Да Шань и обхватил ладонями ее лицо. Сияние в левом глазе начало постепенно блекнуть, а потом угасло. Теперь радужка левого глаза была обычного темного цвета. – Я запечатал свою энергию в ее левом глазу, но печать почему-то начала разрушаться. Надеюсь, в этот раз продержится дольше.
– Значит, ты и собственную силу можешь так запечатывать?
– Разумеется, иначе как бы я притворялся человеком.
Ли Хун с опаской на него посмотрел, но потом перевел взгляд на женщину. Та сразу успокоилась, стоило пламени в ее глазе угаснуть. Возможно, ее плачевное состояние было вызвано никаким не проклятьем, а энергией одной наглой змеюки.
– Я принесу еще чистой воды, – вздохнул Ли Хун и вышел из дома. Ночь обещала быть долгой.
