– Моя дорогая сестра, кажется, ты совсем забыла о манерах, – прошипел он и в его голосе сквозила угроза. – Так вот, – он снова перевел взгляд на старейшину Бай, – эта история начинается очень давно. Дело в том, что моя сестра с детства любила все необычное. Чем более странная и редкая вещь, тем больше она ей нравилась. Отец всегда привозил из поездок необычные вещи ей в подарок, что вызывало у нее бурю восторгов. Однажды Цинмэй притащила в орден щенка дикого горного волка. Он вскоре умер, но не в этом суть. А в том, что моя дорогая сестра была любимицей главы ордена, поэтому никто не смел ей отказать. И однажды, гуляя возле горы в одной деревеньке, она встретила необычного человека. Он возвышался над жителями деревни, словно гора, да и на лицо был неплох, но самое главное – он не проявил ни капли учтивости к молодой госпоже ордена Ледяной Звезды. Разумеется, Цинмэй была заинтересована.
– Брат, пожалуйста… – в голосе Шао Цинмэй зазвучала мольба.
Но Шао Цинлун не обращал на нее внимания и продолжал:
– И тогда моя маленькая сестренка стала наведываться в эту деревушку и искать встречи с тем человеком. Оказалось, что его выловил из реки один рыбак из деревни и, побоявшись кары богов, забрал к себе. Тот парень был сильно ранен в голову и не мог ничего о себе рассказать. Разумеется, такая необычная игрушка заинтересовала мою сестру. Она хотела ему понравиться, а для этого надо было заставить его доверять ей, и знаете, что она придумала? – он рассмеялся. – Она заплатила тому рыбаку и его семье, чтобы они сказали парню, что на самом деле это маленькая госпожа Шао спасла ему жизнь. После этого он оказался у нее в долгу, но было еще кое-что: хоть его рана и зажила очень быстро, совсем как на собаке, память к нему так и не вернулась. И это было крайне удобно: человек без прошлого не бросит свою новую хозяйку ради настоящей семьи. Оставалось только присвоить его себе и оградить от остального мира. Щенок, который будет видеть лишь одного человека, невольно привяжется к нему, верно? Поэтому Цинмэй додумалась притащить его в наш орден. Окольными путями, разумеется. Прямо к павильону алхимиков, чтобы точно удостовериться, что щенок здоров и на самом деле ничего не помнит. На счастье моей сестрицы, в то время проходили соревнования между орденами, поэтому там был только один из учеников главного алхимика ордена Гу Луннаня. И, разумеется, этот ученик не мог отказать молодой госпоже ордена в просьбе, но и дураком он тоже не был, поэтому сразу отправил весточку нашему отцу.
Шао Цинлун сделал пару глотков из чашки чая и продолжил:
– Отец был в бешенстве. Только представьте: молодая госпожа Шао гуляет наедине с каким-то проходимцем. Если бы люди об этом узнали, то репутация семьи была бы испорчена. И что вы думаете? – Шао Цинлун поднял злой взгляд. – Моя сестренка нашла способ убедить отца оставить этого человека в нашем ордене. Человека с неизвестным прошлым, возможно, преступника. Без малейших способностей к совершенствованию. Не умеющего не только читать и писать, но даже говорить. И такому человеку позволили войти в наш орден лишь потому, что сестра не могла расстаться с новой игрушкой.
– Если глава Шао посчитал это приемлемым, то я не вижу проблемы, – бесстрастно произнесла Бай Сюинь.
– Ну разумеется, – расплылся в улыбке Шао Цинлун, а потом внезапно ударил чашкой по столу, так что чай расплескался вокруг. – Слово главы ордена закон. Даже если он потакает своей глупой дочери, наплевав на правила приличия и голос разума. Даже если этот собачий выродок годами позорит нашу семью, будучи неспособным выполнять даже самые простые вещи в силу своей тупости. Или высокомерия. Честно говоря, не знаю, что хуже, – лицо Шао Цинмэя исказила кривая ухмылка. – В любом случае теперь это уже неважно.
Старейшина Бай холодно на него посмотрела:
– Это дела вашей семьи, молодой господин Шао, меня они не касаются.
– Мой дорогая Сюинь, но теперь ты часть нашей семьи, – усмехнулся тот.
– Пока еще нет, – отрезала она.
– Это лишь вопрос времени, – отмахнулся он, а потом его взгляд стал мрачным. – Мы с Цинмэй единственные дети в семье, наша мать умерла, еще когда мы были маленькими, а наш отец давно болен и пройдет не так много времени, прежде чем и он покинет этот мир…
– Брат!.. – отчаянно вскрикнула Шао Цинмэй. – Как ты можешь так говорить!
– Но это правда! – Шао Цинлун повернулся к ней. – Отцу становится все хуже, он даже с кровати встать не может. Что случится, когда он умрет, сестра? Думаешь, все эти люди, что сейчас добры к нам, будут такими и впредь? Очнись! Как только мы останемся сами по себе, они на нас набросятся, словно голодные коршуны!
– Я знаю! – на лице Шао Цинмэй появилось отчаяние. – Я понимаю все это, я же не дура! Я знаю, что если отца не станет, то мы лишимся всего. Именно поэтому отец и готовит мой брак с наследником Ванов. Но зачем ты говоришь об этом при старейшине Бай?
