— Да, конечно, — кивнула она и на мгновение нахмурилась. — Они и мне уже до чертиков. Там всё время одни и те же. Личности с разбитой самооценкой, которые не могут отпустить прошлое. Зависимые от одобрения, вечно цепляющиеся за мужчин, которые их унижали. Вернуть абьюзера — вот их цель. Себя они не слышат, в себя не верят. Зато в «магическую свечу» верят сразу. Истеричны, границ — никаких. Сегодня — слёзы и благодарности, завтра — проклятия и угрозы поджечь квартиру.
Она завела глаза к потолку со вздохом.
— Так и есть, — кивнул я. — Нормальные к колдунам не ходят.
— Именно. Поэтому я рада, что ты меня, по сути, вытащил из всего этого. Здесь хоть какая-то адекватность…
— Угу, — улыбнулся я, глядя как круг адекватностей загнулся в очередной позе буквой «зю».
— Я серьезна-а… — уловив иронию, Алька игриво пихнула меня в плечо.
— А вообще, славно, что у тебя с работой всё складывается, — кивнул я, выуживая из кармана связку. — А с квартирным вопросом я тоже разобрался.
Протянул ей ключи.
— Это что? — удивилась Алька.
— Адрес там же, на брелоке. Квартира оплачена на полгода. Живи спокойно. «Личинку», ну-у… цилиндр замка я сменил, ключи только у тебя.
Она смотрела на ключи, как на что-то несбыточное.
— Ты… ты снял для меня квартиру? — голос чуть дрогнул. — Макс, спасибо. Правда… Но это же дорого. Я могла бы сама… Мне всё равно снимать…
— Потом и снимешь, — отмахнулся я. — А пока — полгода в запасе. Может, тебе и не понравится, может, найдёшь что-то лучше. Может, с этим вашим Арбузом дело пойдёт, раскрутишься и на трешку замахнешься.
— Аргусом, — улыбнулась она.
— Ну да, я смотрю, у вас там в «Солнце» клиентки небедные. Маникюр, ювелирка. Так что работать можно.
— Спасибо, Макс! — Алька взяла ключи, вмиг повисла у меня на шее и горячо поцеловала в губы.
Хотелось забрать ее «до Круга», прямо здесь и сейчас. Но рядом слишком много народу.
Я ограничился ответным поцелуем. Всё шло как надо. Алька адаптировалась быстро. И это было главное.
Она сняла с кольца один из ключей и протянула мне:
— Возьми. Хочу, чтобы один был у тебя.
— Согласен, — сказал я. — Мало ли что.
Она, конечно, имела в виду совсем другое. Но я сделал вид, что понял всё буквально — свёл к мерам безопасности.
— Ну ладно, Макс, пока, — сказала Алька. — У меня же сейчас клиентка.
Она махнула рукой и вернулась к диванчику, где её уже ждала следующая — из тех, что входили в «Большой круг». Грач между тем дал задание подопечным: то ли растяжку выполнять, то ли какую-то дыхательную практику. Сам, как только увидел, что с Алькой мы закончили, пошел в мою сторону.
— Привет, как сам? — кивнул он.
Я встал так, чтобы не привлекать больше внимания занимающихся, и гуру тоже как-то расслабился.
— Нормально, — отозвался я. — Гляжу, Наташка твоя так и не ушла из секты.
— А куда она денется с подводной лодки? — фыркнул он. — Она каждую неделю к мужу уходит. А потом обратно. То бассейн у него протёк, то сауна сломалась, то «с душой к ней не так», — вздохнул он и тихо добавил: — Всё равно сегодня к вечеру у меня появится. Эх… молодую да гибкую домой не приведу уже…
Он скосил взгляд на одну из девчонок, та как раз лучше всех справлялась с растяжкой. Лица почти не было видно — только со спины, но и его хватало, чтобы понять: фигурка — что надо.
— Ясно, — хмыкнул я. — Ну, от третьей в круге я тебя избавил. А ты уж там… Всё равно горбатого могила исправит, да?
— Э-э нет, брат… Я людям помогаю… — поднял палец Грач, — Чужие обязанности исполняю.
После «секты» я направился прямиком в отдел, нужно было уладить пару дел и повидаться с мажором. Как водится, зашёл в кабинет без стука. Николай-то уже привык. Но в кресле сидел не он.
— А стучаться ты не пробовал? — раздался знакомый, строгий женский голос.
Я замер в дверях. За столом сидела Кобра — живенькая, бодрая и с ехидцей во взгляде. Подняла глаза, увидела меня — и сразу расплылась в улыбке:
— О! Макс… Заходи!
— Ого! — хмыкнул я. — Так тебя всё-таки выписали из дурки? Рад!
— Это не дурка, — фыркнула она. — Это хуже. А ещё центр реабилитации называется, дореабилитируют…
— Поздравляю. Смотрю, опять в кресле? Мажорчика турнула.
— Ага. Кто-то подсуетился… и слегка надавил на нашу уважаемую Верочку. Ну, начальницу госпиталя. Помнишь такую?
— Прокофьева?
— Она самая. Устроила кордебалет, скомандовала срочно собрать комиссию, подняла всех на уши. Сказала: «Эту немедленно выписывать!» — Кобра усмехнулась.
— Ну… может, кто-то попросил ее.
— Думаешь, просили? Не-ет. Там было посерьёзнее. Заставили. Явно. Все так быстренько случилось — и вуаля! Оксана Геннадьевна на любимой работе! Фух… Не верится… — сияла Кобра.
— Может быть, — пожал я плечами, скрывая истинную причину воздействия на Верочку, а вместо этого выразил восторг Машкиной фразой: — Но я, пипец, как рад. А Коля что, расстроился?
Кивнул на её кресло.
— Да не особо, — ответила она спокойно. — Он и так скоро замом моим станет. Даже проще ему будет. Ответственности меньше, а должность руководящая.
— Замом? У тебя есть зам?
