Дарт знал о других многое, но предпочитал хранить подробности в тайне. Он был доносчиком и шпионом, но еще ни разу не использовал информацию в своих целях, никогда не опускался до шантажа. Теперь эта граница стерлась.
– Почему мы вообще должны тебя слушать? – продолжал Этьен. Он явно нарывался на неприятности или искренне полагал, что угрозы останутся лишь угрозами.
– Потому что, когда вы сидели по домам и тряслись от страха, я искал способ защитить вас, – отчеканил Дарт. – И сейчас делаю то же самое.
Повисшее молчание было похоже на туго натянутую струну, готовую вот-вот лопнуть.
– Что-то я не понимаю, – растерянно пробубнил Фард, новый лютен Дома-на-ветру. Его лицо выражало постоянное недоумение. Дарт думал, что эта гримаса пройдет, когда он освоится на службе, однако Фард по-прежнему выглядел потерянным, словно только что проснулся и еще не осознал, где он.
Никто так и не нашел что возразить, и Дарт, обретя уверенность, перешел к тому, ради чего собрал совет. Рассказ о тровантах вызвал у лютенов бурную реакцию: вначале удивление, следом неуверенную радость, сомнения и град вопросов, на которые Дарт отвечал последовательно и степенно. Ему удалось угомонить всех и определить, в какой очередности они будут строить оградительные крепости.
Дарт держался в стороне, пока Твилла старательно выводила буквы на свежей бумаге, и в минуту затишья к нему вдруг пришло тревожное осознание: на совет явились не все. Вначале он не заметил этого, а сейчас, окинув взглядом собравшихся, недосчитался двоих: Лизы и Лорана.
– Ларри, где твой брат? – спросил Дарт, перекрикивая галдеж. Снова кто-то не мог договориться и пытался внести изменения в список, ставя свой дом в начало.
Взлохмаченная голова с торчащим черным пером поднялась над толпой и закрутилась из стороны в сторону. Ларри не сразу сообразил, что сказать. В конце концов, он ответил, что его брат-близнец остался охранять безлюдя. Твилла толкнула его в бок, шикнув: «Не выделывайся!» Ларри тут же поник и втянул голову в плечи, словно сожалел, что вообще откликнулся.
Об отсутствии Лизы не знал никто. Заполняя страницу для подписей, Дарт оставил напротив ее имени вопросительный знак, подумав о том, что это уже не его забота.
Суета улеглась, лютены приободрились и стали расходиться. Свечи почти догорели, в их тусклом мерцании остались различимы лишь контуры предметов. Собирая бумаги, Дарт не заметил, что его ждут, и испуганно дернулся, когда чья-то рука поймала его у выхода. По сиплому дыханию он узнал Гонза.
– Спасибо, – только и сказал тот, вложив в одно слово всю признательность, на какую был способен.
– Брось ты. Давно надо было сделать это. – Дарт улыбнулся и с удивлением увидел на лице Гонза призрак ответной улыбки.
Безлюдь встретил его напряженной тишиной. Проскользнув в библиотеку, Дарт с тревогой подумал, не случилось ли чего, а потом услышал голоса с улицы. Он поспешил вниз и, пройдя через стеклянную мастерскую, увидел стоящий посреди двора Пернатый дом, вокруг которого кружили все: Офелия и Нил, хмурый Рин, Илайн и бледный как мел Риз. Все они, задрав головы, наблюдали за Флинном: тот сидел на крыше и с хирургической скрупулезностью изучал пролом размером с булыжник.
Застрявшие в окне ветки и выбитые стекла красноречиво говорили о том, что безлюдь пережил неудачное приземление. Сломанное дерево среди дикой поросли, подступающей к саду, намекало на свою причастность к случившемуся. Когда Дарт спросил, что произошло, Илайн объяснила, что Пернатый дом, потеряв маневренность при снижении, напоролся на ветки и пробил крышу. Зато, продолжила она, груз не пострадал.
– А где Флори? И Дес?
Илайн стихла и толкнула локтем Риза, призывая ответить.
– Слушай, Дикий дом… дело в том… – Как бы он ни старался подбирать слова, речь была бессвязной.
– Вы бросили их?! – понял Дарт.
– Мне пришлось. Я уверен, с ними все в порядке. Мы полетим за ними, как только устраним поломку.
– В крыше гребаная дыра! Примерно такая же будет у тебя в башке, – закричал Дарт, сжимая кулаки. Он сдержался лишь потому, что заметил, как напугана Офелия.
– С ними же ничего не случится, правда? – спросила она дрогнувшим голосом.
– Все будет в порядке, – поспешил успокоить Эверрайн, которому не мешало двинуть в челюсть за тупое бездействие. – Они не беззащитные дети и смогут о себе позаботиться, пока мы не починим дом. Это займет немного времени.
– Сколько? – продолжил напирать Дарт.
– Да тут возни на целые сутки, – отозвался Флинн, утирая пот со лба. Руки у него были перепачканы и оставили на лице грязные разводы.
Илайн метнула в него взгляд, какого заслуживают предатели, но отменить сказанное уже не могла.
– Значит, я пойду за ними, – твердо заявил Дарт.
– Не глупи. Ты нужен своему безлюдю здесь.
