— Чтоб мне провалиться, — выдохнул Филя, которого такие встречи всегда забавляли. — Это же наши пройдохи из Питера! Какого черта они здесь делают?
— Понятия не имею, — медленно произнес я. — Но мне совершенно не нравится, что они снова оказались на нашем пути.
Я начал проталкиваться через толпу подвыпивших гостей, случайно задев официанта, чей поднос с кубками издал мелодичный звон. Щуплый поднял глаза, заметил меня, и в следующую секунду его лицо трансформировалось в такую картину ужаса, какую я видел, разве что, у карманников, пойманных с поличным на Невском.
— Вольский⁈ — он подавился вином, разбрызгивая красные капли на белоснежные подушки, которые впитали влагу, как пятна крови.
Толстяк, услышав моё имя, замер с кальяном в руке, а глаза вылезли из орбит, как у краба на сковороде. Он попытался нырнуть за подушки, но его внушительное брюхо сделало этот манёвр похожим на попытку бегемота спрятаться за тростником — нелепую и обреченную на провал.
Я сграбастал щуплого за шиворот и рывком поднял с подушек, делая вид, что это дружеское приветствие, а на самом деле практически волоком потащил его к нише в углу зала, где играли музыканты. Те, увидев наше приближение, синхронно ускорили темп, словно боялись, что мы встрянем в ритм их мелодии.
Филя, всё правильно поняв, ухватил толстяка за локоть и последовал за нами. Тот пытался вывернуться, но хватка рыжего была крепкой, как тиски ростовщика.
— Какого чёрта вы здесь делаете? — спросил я, затащив их за шторку, которая отделяла музыкантов от основного зала.
Щуплый переглянулся с толстяком, в их взглядах читалась целая беседа, полная боязни и замешательства. Наконец щуплый набрал воздуха в грудь, словно перед нырком в ледяную воду, и выпалил:
— Мы ищем шейха Аль-Нахара.
Я замер. Из всех возможных ответов этот был последним, что я ожидал услышать.
— Зачем вам шейх?
— У нас к нему дело, — щуплый бросил быстрый взгляд на своего приятеля, который кивнул с таким видом, будто подтверждал сделку. — Важное.
— Какое именно дело? — я подступил ближе, и щуплый отшатнулся, упершись спиной в резонатор ситары, которая отозвалась печальным «бо-о-онг».
— Не твоего ума дело, — огрызнулся толстяк, но тут же осекся под моим взглядом.
Его лицо покрылось испариной, каждая капля пота блестела в свете масляных ламп, как крошечная звезда. Он облизнул пересохшие губы, оставив на них влажный след.
Я быстро размышлял. Эти двое явно что-то скрывают, и то, что они ищут шейха, не может быть простым совпадением. Лучше держать таких типов на виду, чем гадать, какую пакость они замышляют за спиной. К тому же, они могут знать что-то полезное. Уж слишком часто они оказываются рядом.
— Послушайте, — я понизил голос до доверительного шепота, который заставил их придвинуться ближе, словно мы сговаривались о каком-то преступлении. — Если вы действительно ищете шейха Аль-Нахара, то вам повезло. Мы как раз к нему направляемся.
— Серьезно? — щуплый удивленно вскинул брови. — И когда?
— Через пару часов караван отправляется от резиденции клана Золотых Копыт, — я кивнул в сторону восточной части города. — Если вам так нужно увидеть шейха, советую прямо сейчас бежать туда.
Воришки снова переглянулись, что-то безмолвно решая между собой. Их глаза вели целую беседу, наполненную сомнениями, страхом и тайными расчетами.
— Хорошо, — наконец кивнул щуплый, и я заметил, как на его шее дернулся кадык. — Мы будем там.
Не говоря больше ни слова, они вынырнули из-за шторки и быстро направились к выходу, расталкивая слуг и гостей. Толстяк на ходу пытался снять тюрбан, но ткань запуталась в его лоснящихся волосах, и он так и убежал, напоминая странную помесь купца с экзотической птицей.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — Филя проводил их взглядом, в котором читалось смутное беспокойство. — А вдруг они свалят? Эти типы не вызывают особого доверия.
— Именно поэтому лучше держать их на виду, — я пожал плечами, чувствуя, как мышцы шеи напряглись от тревоги. — Меня беспокоит, что они постоянно оказываются рядом с нами. Сначала в Питере, теперь здесь… Это не может быть простым совпадением.
Филя хмыкнул, но спорить не стал. Его внимание уже переключилось на танцовщицу, похожую на молодую газель — с глазами цвета расплавленного шоколада и шеей, способной заставить лебедя рыдать от зависти.
Мы заняли отдельную комнату, которую нам предложила одна из девушек после того, как прежние «князья» так внезапно покинули праздник. Филя развалился на подушках, придирчиво изучая блюдо с фруктами, словно опасался, что среди них затаился скорпион.
— Откуда у этих прохвостов деньги на такие развлечения? — задумчиво протянул он, выбирая самый спелый инжир. — Во время нашей встречи в Питере они выглядели обычными оборванцами.
— Хороший вопрос, — я кивнул, пытаясь собраться с мыслями. — Может, удачно обчистили кого-то по пути сюда? Или их даже направил Пахомов… Черт, слишком много таких сложных вопросов и ни одного простого ответа.
