Размышления прервал скрип двери. Я поднял голову, ожидая увидеть слугу с вином или закусками, но на пороге стоял человек в неприметной одежде торговца — серый халат, потертый пояс, стоптанные туфли. Ничто в нем не привлекало внимания, кроме одной детали — на вороте его плаща была вышита маленькая синяя птица, настолько искусно, что казалось, она вот-вот вспорхнет.
Незнакомец окинул комнату внимательным взглядом, убедился, что кроме нас никого нет, и тихо произнес:
— Господа искали Синюю птицу?
«Синяя птица» оказалась совсем не похожей на певчую пташку. Скорее на потрёпанного боевого воробья, который повидал столько дерьма, что впору писать энциклопедию. На вид — обычный купец средней руки: потёртый кафтан, горбатый нос и глаза, которые словно сфотографировали каждого, кто попадался ему на пути. Именно такие неприметные рожи я запоминал в первую очередь — профессиональная привычка, которая не раз спасала наши задницы.
— Вы можете называть меня Али, — представился он на чистом русском с легким акцентом. Настоящий араб, но явно проработавший на российских дипломатов достаточно долго, чтобы освоить язык почти идеально.
Он внимательно оглядел нас с Филей, словно сверяя наши лица с данным ему описанием. В его взгляде читалась профессиональная осторожность человека, привыкшего проверять всё дважды.
— Господин Зимин описал вас точно, — наконец кивнул он, удовлетворившись осмотром. — Но прежде чем мы продолжим… — Али выжидающе посмотрел на меня.
— Два медведя не уживутся в одной берлоге, — произнес я условную фразу, которую передал Зимин через посыльного.
Напряжение в его плечах немного ослабло.
— Особенно если один из них не настоящий, — закончил он пароль и только тогда позволил себе слабую улыбку. — Теперь мы можем говорить.
— Что вы хотели нам передать? — я расположился поудобнее, готовясь к долгому разговору.
— Представьте себе судно, которое идёт не туда, куда показывает компас, — начал он, присаживаясь напротив, — а туда, куда хочет капитан. Что это значит?
— Что либо капитан не в адеквате, либо компас сломан, — пожал плечами Филя, рассеянно поглаживая рыжую щетину на подбородке.
Али усмехнулся, но веселья в его глазах не было даже на копейку.
— Второе. Компас сломан. И речь сейчас о политическом компасе Аравии, — он понизил голос. — Фахим нашёл способ заставить стрелку показывать в нужную ему сторону.
— А если конкретнее? — я подался вперёд.
— Британское оружие, — Али развернул на столе небольшой свёрток, извлечённый из-за пазухи. В тусклом свете блеснула рукоять кинжала с выгравированной родовой эмблемой клана Аль-Нахар, — только что с корабля. Таких тысячи. И все они будут использованы для нападений на соседние кланы.
Я поднял кинжал, изучая его. Работа безупречная, а эмблема выполнена с ювелирной точностью.
— Чтобы все поверили, что это дело рук шейха Мурада, — заключил я.
— Именно. Согласно нашим данным, первая атака произойдёт уже сегодня ночью. Обоз с продовольствием для клана Красных Песков. Следующей будет караванная стоянка клана Утренней Росы.
— Ага, тут все просто, — ухмыльнулся Филя. — Красные Пески и Утренняя Роса вроде как за Мурада, но если их хорошенько попугать и показать, что шейх — не такой уж надежный союзник, они быстро перебегут к тому, кто сильнее.
Али одобрительно кивнул.
— Пролитая кровь ещё не успеет высохнуть, как Фахим предложит обоим кланам своё покровительство, доказательства «предательства» Мурада и, конечно, возмездие. Классическая схема «разделяй и властвуй».
— Откуда такая точная информация? — я нахмурился, мысленно перебирая возможных предателей.
Али тонко улыбнулся.
— Скажем так, британский консул — мужчина со слабостями. После официальных приёмов он любит расслабиться в компании… особых дам. А одна из таких дам оказалась очень внимательной слушательницей и имеет хорошую память на детали.
Я усмехнулся. Древняя как мир схема сработала снова — мёд и красота развязывают языки лучше любых пыток. Сколько империй рухнуло из-за того, что их вельможи не могли держать рот на замке в постели.
— Что-то ещё?
— Будьте осторожны с девушкой из клана Золотых Копыт, — Али понизил голос и нервно оглянулся, словно Зара могла материализоваться из воздуха. — Её клан веками выживал, перебегая от одного сильного покровителя к другому. Они меняют союзы быстрее, чем верблюды — погонщиков.
— Буду иметь ввиду, — процедил я, вспоминая перехваченную записку с печатью Тёмного Шипа.
— И ещё… — Али помрачнел, его голос стал почти шёпотом. — Будьте готовы к тому, что Фахим освободил из городской тюрьмы старого знакомца. Того самого пирата с Покровом Акулы
Филя аж подавился виноградиной.
— Австралийца? — прохрипел он, откашлявшись. — Фахим вытащил его из темницы?
— Именно. Сделка была простая — свобода в обмен на услуги, — Али мрачно кивнул. — И теперь этот морской волк на свободе, вооружён и очень, очень зол на всех, кто перешел ему дорогу.
— Чёрт, — выругался я. — Значит, у Фахима теперь есть и отморозок с его командой.
