— Боюсь, что так, — Али поднялся, подтягивая пояс. — Теперь мне лучше исчезнуть. У вас есть, примерно, час до того, как люди Хартингтона заинтересуются этой встречей.
А спустя мгновение парень исчез, оставив нас с головной болью и запахом его чертовых масел.
— Нужно быстрее двигать обратно в резиденцию Зары, — я поднялся, отряхивая крошки инжира с колен. — Если Фахим действительно начнёт атаки сегодня, счёт идёт на часы.
В моей голове уже выстраивался план. Сначала надо предупредить караван, затем рвануть к шейху на всех парах. Если успеем вовремя, сможем перехватить отряды с поддельной символикой до того, как они устроят бойню.
— Сенька, — позвал Филя, когда мы выскользнули на узкую улочку. — А что если наша аравийская красотка не просто так получила ту записку от Тёмного Шипа? Что если она часть плана?
Я замедлился, чертыхаясь про себя — хрен знает, можно ли этой красотке верить или нет.
— Тогда нам нужны доказательства. А пока — держим глаза открытыми, а предположения при себе.
Резиденция Зары гудела как разворошённый улей. Слуги суетились, таская тюки и кувшины с водой. Погонщики верблюдов ругались с охраной. В центре этого хаоса возвышалась наша пустынная принцесса — раздавала указания, подгоняла нерадивых и поторапливала бестолковых.
Мы едва миновали ворота, когда на нас налетела Рита с видом человека, который настолько взбешён, что даже не знает, с чего начать.
— Где вас черти носили⁈ — выпалила она, хватая меня за грудки с такой силой, что ткань затрещала. — Караван ждёт только вас двоих!
Я осторожно отцепил её пальцы, стараясь не показать, насколько меня забавляет её праведный гнев.
— Расскажем по дороге, — я огляделся по сторонам. — Всё собрано? Где Серый?
— Проверяет лошадей, — Рита понизила голос. — И ещё, у нас… гости.
Она кивнула в сторону внутреннего двора, где в тени пальмы сидели два знакомых силуэта. Толстяк выглядел как человек, переживший не самый лучший день в своей жизни — весь в поту, с затравленным взглядом и платком, которым непрерывно вытирал лоснящееся лицо. Худой же нервно поглядывал на массивный сундук, стоявший рядом.
— Любопытно, — Рита скрестила руки на груди с видом следователя, — они объявились ровно через час после вашего исчезновения. Утверждают, что ты лично пригласил их присоединиться к каравану.
— Так и есть, — я пожал плечами, не уточняя, что хочу держать этих жуликов под носом. Слишком часто они мельтешат рядом с нами — совпадение так себе. — А о цели визита к шейху что-нибудь говорили?
— Ссылаются на некое дело государственной важности, — она поджала губы с аристократическим презрением. — И охраняют этот сундук, словно там хранятся коронационные регалии.
Я хмыкнул. Сундучок и правда странный — узоры какие-то мудрёные, замок с тремя дырками и железные обручи. Не похож на барахло обычного торгаша.
— Следи за ними, — шепнул я. — И Серому намекни. Если эти двое начнут чудить, пусть объяснит им правила хорошего тона. Физически.
Тощий, заметив наше возвращение, подскочил как ужаленный и потрусил в нашу сторону. Шёл он с той особой походкой, которая у воров в крови — даже по прямой дорожке умудрялся петлять, будто кто-то за задницу гонится.
— Господин! — выпалил он с таким облегчением, словно увидел спасательный круг в бурном море. — Слава всем святым, вы объявились! А то мы тут сидим как два идиота, не зная, куда деваться.
— Между прочим, мы так толком и не познакомились, — я скрестил руки на груди. — Как вас звать-величать?
— Василий Клюев, — он поспешно поклонился, — но все зовут Васей-Навыком. А мой корешок там — Мирон Шапкин, Шапой кличут.
— Ясно. А нас как зовут, видимо, уже выяснили, — я кивнул в сторону толстяка. — Короче, через полчаса валим отсюда. Надеюсь, к долгой дороге готовы?
— Ещё как готовы! — Вася затараторил, как заведённый. — Всё собрано, упаковано… правда, с сундучком может быть небольшая… как бы это сказать… заковырка.
Его глазки заметались по сторонам, как у мыши, которая учуяла кота.
— Сундук? — я приподнял бровь. — Что с ним не так?
— Ну… он, знаете ли, довольно тяжёлый, — Навык нервно облизнул губы. — И ценный. Очень ценный. Семейная реликвия, понимаете…
— И что же в нём такого ценного? — поинтересовался я самым невинным тоном.
Вася замялся, лихорадочно соображая.
— Документы… старинные, — наконец выдал он. — И кое-какие… фамильные драгоценности. Мы везём их… как залог добрых намерений к шейху.
— Залог? — я прищурился. — Интересно. А зачем вам вообще к шейху?
— Торговое дело, — Вася попытался изобразить деловитость. — Хотим предложить ему… особые товары с севера. Пушнину, янтарь… всё, что может заинтересовать влиятельного человека.
Я решил не давить. Правду эти двое все равно не выложат, а пугать из раньше времени не имело смысла. Лучше попрошу Риту внимательно посмотреть на этот самый сундучок — наверняка заметит что-нибудь подозрительное.
— Как скажете. Сундук поместят на отдельного верблюда, но учтите — если он станет причиной каких-либо проблем, мы просто оставим его в пустыне. И вас вместе с ним.
Вася сглотнул, из чего я заключил, что мой тон был достаточно убедительным.
